Песни про яблоки, эмодзи 🍏 и миллионы просмотров — после регистрации «Яблока» на выборах в Госдуму зумеры запустили в соцсетях масштабную волну поддержки партии. «Ветер» разбирается, почему «Яблоко» неожиданно стало модным среди молодежи и как голосование за него превратилось в один из немногих легальных способов выразить антивоенную позицию в России.
Текст был впервые
опубликован на сайте «Ветер»
Трендовое «Яблоко»
Падаю, пою в одуванчиках.
Пополам делю одно яблоко.
Яблоко-яблоко, яблоко.
Буду обещать на мизинчиках
Больше не взрослеть, всё и тчк.
Тчк-тчк, тчк.
В конце июля — начале августа 2026-го года этот далеко не новый шлягер певиц Айовы и Елки внезапно обрел в русскоязычном инстаграме вторую жизнь — как подсчитал «Ветер», рилсы с ним 29 июля набрали 1,4 миллиона просмотров и в последующие дни — сотни тысяч. Молодые (в основном) люди танцуют под эту песню и ставят в подписи эмодзи 🍏. Накануне, 7 августа, к тренду
присоединился тиктокер Даня Милохин — его рилс уже набрал 1,1 млн просмотров и больше 50 тысяч лайков.
— Это возможность показать людям, которые поддерживают «Яблоко», что они не одиноки, что их много. Возможно, через такую развлекательную форму получится и других людей сагитировать, — объясняет суть тренда рилсмейкер Михаил, также записавший популярный ролик того же рода.
29 июля ЦИК официально
зарегистрировал список «Яблока» на выборах в Госдуму. В федеральном списке партии осталось 269 кандидатов — двоих ЦИК исключил при регистрации. «Яблоко» стало единственной из допущенных к выборам партий с открытой антивоенной позицией: партия идет на выборы под лозунгом «За мир и свободу» и
выступает за соглашение о прекращении огня, прекращение репрессий и отмену цензуры.
При этом в последние месяцы кандидаты от «Яблока» регулярно сталкивались с недопуском до выборов. По подсчетам «Новой газеты Европа», как минимум 23 политика
лишились возможности баллотироваться из-за административных дел о демонстрации «экстремистской символики» — их заводили в том числе из-за старых фотографий с Алексеем Навальным, символики ФБК и «Умного голосования». 14 из этих политиков представляли «Яблоко». Кроме того, списки партии отказались регистрировать на региональных выборах в Петербурге и Петрозаводске.
Некоторые члены партии сейчас находятся под следствием или уже отбывают наказание. Например, заместителя председателя «Яблока» Михаила Круглова в июне приговорили к семи годам колонии по делу о «фейках» о российской армии. Давление коснулось и других представителей партии, а сама возможность «Яблока» дойти до выборов ранее оценивалась экспертами как находящаяся под угрозой.
Но несмотря на давление федеральный список партии все же зарегистрировали. «У граждан России впервые за последние пять лет появилась реальная возможность проголосовать за мир и свободу, законным и безопасным способом выступить за соглашение о прекращении огня», — заявил после регистрации председатель партии Николай Рыбаков.
Видео с его заявлением набрало около 2,5 миллиона просмотров, тысячи лайков и комментариев, в которых пользователи благодарили партию и обещали «голосовать за 🍏».
Эмодзи с зеленым яблоком постепенно стало своеобразным символом сторонников партии: с его помощью люди обозначают свою поддержку и агитируют других в соцсетях.
На фоне этих событий соцсети «Яблока»
начали быстро расти, а число упоминаний партии увеличилось в несколько раз. Согласно
исследованию «Атласа выборов», только за неделю с 21 по 27 июля просмотры публикаций о «Яблоке» выросли на 90,7% — до 11,6 миллиона. Рост оказался самым высоким среди всех партий. При этом интерес к «Яблоку» вышел за пределы привычной политизированной аудитории и распространился в том числе «ВКонтакте».
Председатель партии «Яблоко» Николай Рыбаков. Фото: «Новая газета Европа»В начале августа «Яблоко» впервые за долгое время оказалось заметнее «Единой России» в некоторых интернет-метриках. По данным Google Trends, интерес к поисковому запросу «Яблоко» резко вырос, а пользователи начали чаще искать, как поддержать партию, пожертвовать ей деньги или стать наблюдателями на выборах. Быстро рос и телеграм-канал партии: сейчас (06.08) у «Яблока» примерно 125 тысяч подписчиков, у «Единой России» — в два раза меньше, 60 тысяч.
«Яблоко» захватило и соцсети для молодежи — TikTok и Instagram. Зумеры не только танцуют под Айову и Елку, но и едят в кадре яблоки, показывают логотип Apple на телефонах и ноутбуках, сопровождают ролики эмодзи 🍏🍎. Кто-то вспомнил популярный липсинк под песню Charli XCX «Apple», другие проводят аналогии с «Золотым Яблоком» — популярной в России сетью косметики.
6 августа голосовать за «Яблоко»
призвала и Юлия Навальная. По ее словам, ключевое значение имеет антивоенная позиция партии. В поддержку «Яблока» также публично высказались другие оппозиционные политики и общественные деятели, после чего было объявлено о создании штаба общественной поддержки партии.
В самом «Яблоке», однако, от зарубежной кампании поддержки дистанцировались. 7 августа Николай Рыбаков
заявил, что публичная поддержка со стороны некоторых находящихся за границей политиков в нынешних условиях может создать для партии риск снятия с выборов. Он отдельно подчеркнул, что «Яблоко» не имеет иностранных источников финансирования и связей с организациями, признанными в России «нежелательными».
Опасения возникли не на пустом месте. Одновременно с ростом популярности партии усилились и публичные нападки со стороны ее конкурентов. 6 августа лидер КПРФ Геннадий Зюганов
раскритиковал «Яблоко» за его позицию по войне и заявил о необходимости поддерживать курс Владимира Путина и добиваться победы. В тот же день глава ЛДПР Леонид Слуцкий
призвал признать «Яблоко» «нежелательной организацией» из-за призывов к миру с Украиной. В свою очередь, лидер «Справедливой России» Сергей Миронов призвал Минюст и Генпрокуратуру дать правовую оценку деятельности «Яблока». По его словам, все годы существования партия «сдавала и продавала» Россию Западу.
А уже 7 августа председатель партии «Родина» и депутат Госдумы Алексей Журавлев перешел от критики к попытке снять конкурента с выборов: он
подал в Верховный суд иск с требованием отменить регистрацию федерального списка «Яблока». Таких прецедентов
не было на протяжении 27 лет, но, с другой стороны, выборы в Госдуму еще никогда не проходили в условиях открытой затяжной войны с другим государством.
Форточка, через которую можно выговориться
Михаил впервые узнал о «Яблоке» еще в детстве. По его словам, одним из ярких воспоминаний остались выборы, на которых его мама голосовала за эту партию. Тогда он мало знал о «Яблоке», но заинтересовался им и со временем стал больше узнавать о партии.
Впервые Михаил смог принять участие в выборах после совершеннолетия. В 2021 году он голосовал за «Яблоко» в Красноярске по партийному списку.
По словам Михаила, раньше и особенно сейчас его привлекает программа партии и ее позиция по вопросу мира. Он считает участие в выборах одним из немногих оставшихся в России легальных способов выразить свою политическую позицию.
— Сейчас на митинги не выйти, политическая позиция запрещена. А такая программа и их очень четкая позиция по миру — это возможность высказаться в легальном поле в России,
— говорит он.
Еще одной причиной поддерживать «Яблоко» для Михаила стали представители партии, которые подверглись репрессиям. В частности, он давно следил за политиком Львом Шлосбергом.
Рилсы из Tik-Tok с упоминанием «Яблоко». Фото: коллаж из публикаций в Tik-TokИдея записать ролик в поддержку партии Михаилу пришла при просмотре других таких рилсов. По его словам, таким образом ему хотелось не только публично выразить свою позицию, но и показать другим сторонникам «Яблока», что они не одиноки.
Михаил считает такую публичную поддержку особенно важной из-за распространенного ощущения, что участие в выборах ничего не изменит. По его словам, многие люди, выступающие за мир, могут отказаться от голосования, поскольку считают себя меньшинством и не верят, что их голос на что-то повлияет.
— Мне кажется, такие вещи важны, чтобы создавались группы, чтобы люди находили поддержку, в том числе в медиапространстве, — говорит Михаил.
Даже с учетом возможных фальсификаций участие в выборах позволит людям увидеть, что сторонников этой позиции значительно больше, чем может следовать из официальных результатов, уверен Михаил.
Популярность «Яблока» среди молодых людей Михаил связывает в первую очередь с программой партии. Он отмечает, что зумеры не застали 1990-е — период политического расцвета «Яблока», за который сегодня часто критикуют Григория Явлинского. При этом они уже видели действия других российских партий и законы, за которые голосовали «Единая Россия», КПРФ, «Справедливая Россия» и «Новые люди».
На этом фоне программа «Яблока», по его мнению, выглядит наиболее гуманной и миролюбивой.
Михаил также знаком с аргументом, что голосовать за «Яблоко» бессмысленно, поскольку партия может не преодолеть необходимый барьер, а эффективнее отдать голос за более крупную парламентскую партию.
— Я часто такое встречал. Был даже то ли мем, то ли анекдот, что 95% россиян хотят мира и проголосовали бы за «Яблоко», но думают, что «Яблоко» не наберет 5%, — рассказывает он.
Михаил признается, что сам размышлял, не стоит ли ему проголосовать за «Новых людей». По его мнению, для оппозиционно настроенных избирателей общей целью должно быть снижение результата «Единой России» и демонстрация того, что ее реальная поддержка ниже официально заявленной. Но все же сторонникам разных партий, считает он, важнее искать точки соприкосновения, чем конфликтовать друг с другом.
— Мне кажется, действительно на первом месте должна стоять цель показать, что у «Единой России» нет такой поддержки, такого процента, как показывают. Нужно больше находить точек соприкосновения, нежели ругаться с теми, кто выбирает КПРФ или «Новых людей», — говорит Михаил.
При этом сам он относится к этим партиям критически. Михаил отмечает, что КПРФ, несмотря на статус крупнейшей парламентской партии после «Единой России», поддерживает многие из тех же законов. «Новых людей» он считает искусственно созданной и подконтрольной партией, хотя допускает, что для некоторых россиян голосование за нее может казаться менее рискованным способом выразить несогласие.
— Проголосовать за «Новых людей» не так страшно, может быть, как за «Яблоко». Потому что, поддерживая «Яблоко», ты сразу декларируешь определенный набор взглядов — кого смотришь, кого читаешь, каких позиций придерживаешься, — объясняет он.
По мнению Михаила, популярность роликов с песней и символикой «Яблока» связана одновременно с особенностями соцсетей и опасениями людей открыто говорить о политике. Развлекательный формат легче распространяется и привлекает больше внимания, чем прямая политическая агитация.
Сторонники политической партии «Яблоко» проводят митинг в знак протеста против предполагаемых нарушений на парламентских выборах. Москва, Россия. 17 декабря 2011 года. Фото: Максим Шипенков / EPAВ то же время часть людей действительно может бояться открыто заявлять о поддержке партии. Михаил признается, что и сам осторожно выбирает формулировки, когда публично обсуждает политику.
— Я сам не уверен, что готов прямо всё это говорить. Прекрасно понимаешь, что есть закон о «фейках» об армии. Когда споришь в публичном пространстве, в комментариях, какие-то фильтры у тебя есть: определенные темы не затрагиваешь, говоришь осторожнее, — рассказывает он.
С Михаилом согласна и другая представительница поколения зумеров — 25-летняя Аня из Москвы. О «Яблоке» она знает примерно с 2017 года, когда начала серьезно интересоваться политикой. Долгое время партия казалась ей «классической оппозицией», которая стабильно набирает несколько процентов голосов и существует скорее для создания иллюзии выбора. Отношение Ани к партии ухудшилось и после того, как Григорий Явлинский выступил с критикой Алексея Навального.
Несмотря на это, сейчас Аня считает голосование за «Яблоко» одним из немногих оставшихся способов легально выразить протест против войны и действующей власти.
— На фоне остальных партий «Яблоко» выглядит наименее кровожадным и вызывает меньше рвотного рефлекса, — говорит она.
Раньше Аня участвовала в выборах в том числе в рамках стратегии «Умного голосования», когда избирателям предлагали поддерживать наиболее сильного кандидата не от «Единой России» в конкретном округе. По ее словам, чаще всего такими кандидатами оказывались представители КПРФ.
Аня отчасти согласна с критикой «Яблока» как «беззубой партии», которая вынуждена действовать в рамках существующей политической системы.
— Реальные действия оппозиции наказуемы, поэтому «Яблоко», за исключением выборов, сидит тихо, — говорит она.
При этом на нынешних выборах Аня видит для протестного избирателя фактически два варианта.
— КПРФ — если вы утилитарист и вам не важны средства для достижения цели. Или «Яблоко» — если нутро не позволяет проголосовать за [Геннадия] Зюганова с его репутацией и нынешними высказываниями, — объясняет она.
«Новых людей» Аня альтернативой не считает: по ее словам, она не видит принципиальной разницы между этой партией и «Единой Россией». Интерес зумеров к «Яблоку» она объясняет тем, что молодые люди хотят окончания войны и либерализации внутренней политики. А об этом на сегодняшний день заявляет только «Яблоко».
Осторожность, с которой молодые люди выражают поддержку партии в соцсетях — через песни, эмодзи и другие иносказательные формы, — Аня также считает вполне объяснимой.
— Высказываться в интернете опасно. Существующие законы наказывают людей за посты и слова. Я не думаю, что это излишняя аккуратность. Никто не хочет сесть за экстремизм, так что лучше перебдеть, — говорит она.
Модно быть в политике
По мнению политической журналистки и блогерки Эли Шариф, популярность «Яблока» среди молодых избирателей связана не столько с изменениями внутри самой партии, сколько со сменой поколения политически активных россиян.
Еще несколько лет назад среди оппозиционно настроенных избирателей была распространена идея голосовать за кандидата, способного отобрать голоса у «Единой России», даже если его взгляды не совпадают со взглядами самого избирателя. Во многом на этом была построена стратегия «Умного голосования», и такими кандидатами нередко становились представители КПРФ.
— Сменилось поколение, которое считало себя главной волной оппозиции. Пришли люди помоложе, и теперь им уже не кажется, что единственный способ хоть как-то потеснить «Единую Россию» — это проголосовать за КПРФ, — объясняет Шариф.
Эля Шариф. Фото: Telegram / Эля, которая femedellaПо ее мнению, изменился и сам смысл протестного голосования. Для части молодых избирателей теперь важнее не выбрать партию с наибольшими шансами преодолеть проходной барьер, а продемонстрировать собственную политическую позицию.
— Возможно, «Яблоку» не дорисуют пять процентов, возможно, КПРФ соберет больше. Но главное уже не это. Главное — что мы пришли и показали власти наш реальный выбор: быть против войны, — говорит она.
При этом «Яблоко» оказалось близко молодой аудитории и по другим вопросам. Эля обращает внимание на поддержку феминистской повестки, прав ЛГБТК+ людей, экологических инициатив и выступления против политических репрессий. Для молодых сторонников партия всё меньше ассоциируется исключительно с ее многолетними руководителями и всё больше — с молодыми кандидатами и активистами.
Шариф считает попадание «Яблока» в тренды важным отличием нынешней кампании от традиционной партийной агитации. Значительная часть контента в поддержку «Яблока» появляется «снизу», без участия партии.
— Оказалось, что если у вас есть идеи, которые отражают настроение людей, вам не обязательно самим выстраивать всю медийную кампанию. Медийка сама начинает вас поддерживать, — говорит она.
Именно поэтому, считает Шариф, попытки других партий воспроизвести подобную популярность в соцсетях часто выглядят искусственно. Молодые пользователи могут быстро проверить позиции партий, посмотреть, за какие законы голосовали их представители и что они говорили раньше. Поэтому привычные методы политического пиара работают на эту аудиторию хуже.
Фото: «Новая газета Европа» (edited)Одновременно изменилась и сама форма политического высказывания. Песни про яблоки, эмодзи, шутки и липсинки журналистка рассматривает как продолжение давно существующего в российском интернете безопасного эзопова языка.
— Можно просто показать яблоко — фрукт, — и люди уже поймут, о чем ты. Это не зумеры сейчас придумали. Мы выросли на этих шутках и эзоповом языке и просто переносим его из поколения в поколение, заменяя на то, что сейчас более понятно и популярно, — объясняет она.
Шариф отмечает еще одно изменение: политический авторитет в соцсетях всё меньше зависит от формальной экспертности. Молодой аудитории зачастую интереснее услышать позицию обычного человека без партийного или политического прошлого, чем известного политика или профессионального комментатора.
— Экспертность отошла на второй план. [Сейчас важно услышать] не политологов и не политпиарщиков, а обычных людей, которые говорят: я просто живу в России, мне не нравится происходящее и поэтому я пойду голосовать против войны. Это вызывает намного больше доверия, — считает она.
Наконец, заключает Шариф, популярность «Яблока» — часть более широкого тренда на политизацию поколения: позиция «я вне политики» перестает быть базовой.
— Стало модно быть в политике. Раньше можно было сказать: «Я вне политики, и мне окей». Нам теперь не окей. Значит, нам надо перестать быть вне политики, — заключает Шариф.
