Министр финансов РФ в апреле предупредил премьера, что у государства не хватит денег для своевременного проведения всех необходимых платежей, пишет Bloomberg со ссылкой на источники. Баланс средств федерального бюджета в Казначействе тогда упал до минус 5,5 трлн рублей.
🔵 Режим экономии. После апрельского кризиса власти на 35% сократили финансирование направлений, не относящихся к войне, зарплатам бюджетников и военных, социальным программам, поддержке регионов и обслуживанию госдолга. Ведомствам также поручили готовиться к сокращению штата на 15% и отложить необязательные расходы. Экономия помогла избежать еще более резкого скачка дефицита.
Проблемы с ликвидностью наблюдались с начала 2026 года, однако достигли пика в апреле, несмотря на высокие цены на нефть. Бывший замминистра финансов Олег Вьюгин отметил, что отрицательный баланс на едином казначейском счете возникает редко. Раньше государство держало положительные остатки, чтобы расходы финансировались без сбоев.
🔵 Дефицит. Дефицит бюджета РФ уже достиг 6,5 трлн рублей, или 2,8% ВВП, при заложенном на весь год показателе в 1,6% ВВП. В июне в РФ приняли поправки, позволяющие правительству увеличивать расходы без согласований с парламентом. Несколько дней назад министр финансов Силуанов заявил, что в бюджете РФ «нет никаких проблем».
🔵 Что дальше. Источники Bloomberg считают ситуацию сложной, но не критической. По их оценке, российский бюджет сможет финансировать войну еще несколько лет. Правительство и Минфин не ответили на запросы агентства.

Корреспондент «Важных историй» устроился в центр «Воевода», который набирает контрактников для российской армии, и получил доступ к внутренним чатам и инструкциям. Компания сотрудничает с частными рекрутерами, использует кол-центры и покупает контакты потенциальных военных.
🔵 До миллиона рублей за человека. «Воевода» платит рекрутерам от 150 тысяч до миллиона рублей за каждого подписавшего контракт в зависимости от региона его прописки. За москвича можно получить миллион, за жителя Воронежа — 500 тысяч, Твери — 300 тысяч, Ярославля — 150 тысяч. Дополнительные выплаты предусмотрены за привлечение более пяти контрактников и новых рекрутеров.
🔵 Как уговаривают подписать контракт. Рекрутеров учат устанавливать контакт, выяснять мотивы кандидата и «отрабатывать возражения». Им советуют убеждать людей, которые боятся попасть в штурмовые подразделения, что рекрутер находится на их стороне. Кандидатов ищут через рекламу в соцсетях, листовки, миграционных центров и вокзалов, а также во время поездок по сельской местности.
🔵 Кол-центры и купленные базы. Агентство Victory Group продает вербовщикам номера людей, которые звонили по объявлениям о службе по контракту или оставляли отклики на сайтах вакансий. Сотрудник агентства рассказал журналистам, что 2500 операторов обзванивают до 150 тысяч человек в день и передают рекрутерам около 700 потенциальных кандидатов.
🔵 Кого готовы принять. Внутренние инструкции разрешают вербовать людей с отсутствующими конечностями и судимостями по любым статьям, кроме экстремизма и терроризма. За иностранца «Воевода» платит 300 тысяч рублей. Его предписывают предупредить, чтобы он не говорил, что едет в Россию для заключения контракта. Списки иностранцев компания дважды в неделю направляет на проверку в ФСБ, после чего их передают в Минобороны и МИД.
🔵 Что известно о «Воеводе». Компания начала заниматься вербовкой в 2024 году, до этого она проводила курсы военной подготовки для гражданских. В 2025-м ее выручка выросла почти в десять раз и превысила 700 млн рублей. «Важные истории» насчитали более 110 индивидуальных предпринимателей, получавших деньги от центра. Для тех, кто работает с «Воеводой» давно, действует система бонусов. Кроме того, там существует и реферальная программа. 
🔵 Личность основателя. «Воеводу» в 2014 году основал человек по имени Видади Байрамов — на тот момент 30-летний дизайнер сайтов и скупщик мелких бизнесов. Он внесен в базу украинского проекта «Миротворец» как боец ЧВК Вагнера и участник войн в Грузии и Украине, однако подтверждений этих сведений нет. Байрамов не ответил на запросы издания.

В Москве прошла 14-я церемония вручения премий «Камертон» имени Анны Политковской.
Лауреатом в номинации «За эталонную точность в эпоху хаоса» стало онлайн-издание The Bell. Победителем в категории «За тексты, которые станут историей» признали издание «Вёрстка».
Музыкант и основатель группы «Аквариум» Борис Гребенщиков получил премию «Камертон» в категории «Сказавшему за всех».
Особый приз — камертон с надписью «За спасение жизней» — получил спецпосланник президента США Джон Коул. Именно при его участии Александр Лукашенко освободил из белорусских тюрем сотни политзаключенных.
«Камертон» — премия, учрежденная в память об убитой в 2006 году журналистке «Новой газеты» Анне Политковской. В этом году она была вручена уже в 14-й раз.
Организаторы премии отмечают выдающиеся достижения в защите прав человека и мужество в отстаивании свободы слова. Ее вручают за честность, гражданскую ответственность, достоинство и человеческое сострадание. Лауреатами премии в разные годы становились журналисты, правозащитники и деятели культуры.

Когда я передаю эту заметку, Киев по-прежнему, то есть с ночи, под непрерывной атакой. За окном взрывы. Только сейчас над городом — реактивные дроны, а ночью на украинскую столицу из Курска и Брянска летела баллистика, которую уже более-менее есть чем сбивать (как выразился Владимир Зеленский на пресс-конференции, «трошки зашло ракет к “Пэтриотам”. Сколько, не могу сказать, но трошки. Надо больше»). Однако новость о том, что в Непале из-за внезапного наводнения и сдвига грунта в округе Расува, провинция Багмати, пропало без вести 57 украинских туристов, держится в топе новостей национальных медиа. Формулировка «пропали без вести» пятый год звучит у нас в другом контексте.
Поздно вечером накануне, со ссылкой на МИД Украины, информагентства называли несколько меньшее число пропавших: сначала 46, затем 53 человека. С ними, по сведениям, полученным от туристической полиции Непала, исчезла связь. Посольства Украины в Непале нет, дипломатическими и консульскими вопросами занимается по совместительству посольство Украины в Индии. Сейчас оно курирует поисковую операцию в зоне бедствия: на месте находится, в частности, консул и еще один дипломат. К работе подключены почетный консул Украины в Непале Киран Вадья и посольство Украины в КНР — кроме, разумеется, непальских спасателей.
Пофамильного списка пропавших без вести туристов ни на официальном сайте внешнеполитического ведомства, ни на странице посольства Украины в Индии не размещали. Очевидно, его не публикуют из соображений безопасности. Зато украинские медиа выяснили: за истекшие сутки на «горячую линию» МИДа поступило восемь обращений от родственников из этого самого списка.
Мне удалось связаться с Александром Кислуном: он не раз водил группы туркомпании «Girls Travel Only» в Тибет и хорошо знает наземный переход границы между Непалом и Китаем (Тибетом), где вчера прошла ледово-каменная лавина. И где как раз должны были находиться две пропавшие украинские группы. По мнению Александра, если туристы уже на непальской территории, то, «вероятно, всё хорошо — но связь исчезла, поскольку снесло все вышки [ мобильной связи]». Хотя он оговаривается:
— Это лишь моя версия, что люди просто могут находиться в безопасном месте, и дело лишь в связи. У такого числа туристов есть много знакомых, друзей, которые волнуются. Мне сегодня уже человек двадцать написало… Все подтверждают: да, они сегодня должны были переходить границу. Что значит там пересечение границы? — продолжает Александр Кислун. — В этой точке — большое строение китайского контрольно-пропускного пункта, на которое пришелся удар лавины. Логика перехода предусматривает пребывание в нём часов пять: процедуры у китайцев долгие, сложные. И если на сегодня был запланирован переход, это значит, что на границу они поехали рано, в надежде пройти поскорее. Вся эта катастрофическая ситуация случилась вчера (26 августа. — Прим. авт.). У тех, кто намеревался перейти вчера, вероятность попадания в эпицентр беды намного выше…
Кислун уточняет, что «о большой группе Ирины Блонской уже все знают».
Ирина Блонская — известная психологиня и тренерка по духовным практикам, которая много лет подряд водит группы в так называемые трансформационные путешествия-ретриты. Ее инстаграм действительно сообщал, что с 11 по 26 августа состоится духовное путешествие по маршруту Непал–Тибет–Кайлас: Ирина собирала желающих (на момент публикации текста профиль Ирины в инстаграме сделали приватным. — Прим. ред.).
— А о второй группе знаю я, — продолжает Кислун. — Потому что это мой клиент, которого когда-то водил в Тибет, Александр Белый из Одессы. И Саша сейчас повел свою небольшую группу, тоже в Кайлас. Пока они не отвечают мне…
— Как вы считаете, есть ли какой-то срок надежды, сколько плюс-минус ждать от момента, если допустить, что нашим туристам всё же удалось избежать худшего и пересечь границу? — спрашиваю.
— Три дня, думаю, — отвечает он.
Этот пост на ФБ -странице Александра Белого («целитель, йог, массажист, мастер рейки, путешественник, обучение целительным и массажным техникам», — отмечено в профиле) появился два дня назад, новых нет. «…Сегодняшний день в Непале, 25 августа, подарил нам совершенно особый опыт. На видео — лишь небольшая часть мощнейшей пуджи в Храме Спящего Вишну. Церемонию для нас проводил удивительный отец Гарри и местный брамин. Звук мантр, огонь, вода, подношения и энергетика древнего святилища…»
Поиски украинских групп продолжаются.
Киев

Региональные газеты по разным причинам отказываются публиковать предвыборную программу кандидатов-одномандатников от «Яблока», рассказали в пресс-службе партии.
С подобными препятствиями «Яблоко» столкнулось в Калининградской, Кемеровской, Ульяновской, Челябинской областях, Пермском и Ставропольском крае, а также в Якутии.
Что за программа. Как отметили в партии, единая программа кандидатов состоит из 43 слов:
ЗА МИР И СВОБОДУ! ЗА ЖИЗНЬ БЕЗ СТРАХА! За соглашение о прекращении огня, дипломатию и достижение мира! Наша цель — недопущение ядерной войны! За Россию, свободную от страха и политических репрессий! За сохранение жизни, уважение, достоинство и благополучие человека! Наша цель — процветающая демократическая Россия!
Почему отказывают. В Калининградской области газета «Страна Калининград» предложила кандидату от «Яблока» Роману Морозову переписать текст программы, убрав из нее слова «мир», «прекращение огня», «достижение мира» и «политические репрессии». После исправлений редакция выразила готовность опубликовать текст.
В Пермском крае газета «Огни Камы» отказалась печатать программу Константина Пономарева, объяснив это тем, что партийный список «Яблока» сняли с выборов. При этом Пономарев продолжает оставаться зарегистрированным кандидатом-одномандатником.
В Якутии в «Сахапечати» заявили, что не будут публиковать программу Анатолия Ноговицына до согласования с прокуратурой и РКН. В Ульяновской области «Ульяновская правда» отказала печатать программу Дмитрия Гондаренко, объяснив, что макет не прошел согласование в избиркоме.
В Ставропольском крае «Ставропольская правда» не стала печатать программу Виталия Зубенко без объяснения причин. В Кемеровской области «Кузбасс» отказал Евгению Смольникову из-за отсутствия уведомления о данных изготовителя макета. В Челябинской области «Губерния» заявила, что сможет напечатать программу Ярослава Щербакова не раньше 31 августа, и предложила вернуть деньги.
«"Яблоко" считает происходящее попыткой ограничить законную агитацию зарегистрированных кандидатов и не допустить, чтобы во время избирательной кампании звучал главный лозунг партии — "За мир и свободу". Кандидаты продолжат добиваться публикации своих предвыборных материалов предусмотренными законом способами и обжаловать необоснованные отказы», — заявили в партии.

Во Владимирской области против местного издания «Зебра-ТВ» составили протокол из-за публикации сообщения об украинской атаке вопреки региональному запрету.
Протокол был составлен Гостехнадзором после обращения главы управления массовых коммуникаций администрации губернатора Екатерины Гуцаленко. Как следует из документа, поводом стала публикация от 18 июля, в которой журналисты цитировали экстренное сообщение главы региона Александра Авдеева об атаке украинских дронов.
Чиновница усмотрела в материале нарушение распоряжения оперштаба, запрещающего публиковать сведения об атаках БПЛА. Как отмечает «Зебра-ТВ», ранее Гуцаленко сама заявляла, что цитирование губернатора законом не запрещено.
По данным журналистов, подобные претензии в регионе стали предъявлять и другим СМИ и местным жителям. В редакции считают, что происходящее «носит признаки кампанейщины, не подкрепленной реальным масштабом проблемы».

Избирательная комиссия Новгородской области отправила в прокуратуру региона агитационные видео- и аудиозаписи партии «Яблоко» «России нужен мир». Комиссия усмотрела в них признаки нарушения законодательства. Об этом рассказали в новгородском отделении партии.
Что именно может нарушать закон в агитматериалах «Яблока», избирком не уточнил. ВГТРК и областной аудиовизуальный центр приостановили показ записей до получения ответов из прокуратуры и комиссии.
«Мы искренне не понимаем, как агитация за мир и свободу и жизнь без страха может быть противозаконной. Неужели призывы к миру в России теперь являются экстремизмом?», — заявили в «Яблоке».
Месяц назад новгородский избирком зарегистрировал список кандидатов «Яблока» на выборах депутатов областной думы.
Ранее Верховный суд снял «Яблоко» с выборов в Госдуму по иску партии «Родина». Она же добилась отмены регистрации кандидатов от «Яблока» на выборы в Карелии и Псковской области. Кроме того, ЛДПР требует снять «Яблоко» с выборов в парламент Свердловской области, а «Коммунисты России» — с выборов в парламент Калининградской области.
В Санкт-Петербурге, Ленинградской области и Петрозаводске избиркомы отказали «Яблоку» в регистрации списков.
Новая газета. Европа — Читайте также

Александр Лукашенко отправился с рабочим визитом в Россию, сообщили в его-пресс-службе.
Подробности. У Лукашенко запланирована встреча с Владимиром Путиным — они собираются обсудить «ключевые направления двустороннего сотрудничества», а также обменяться мнениями по «актуальным вопросам региональной и международной повестки, тематике обеспечения безопасности».
Также Лукашенко планирует встретиться с российским премьером Михаилом Мишустиным и поговорить с ним о развитии белорусско-российского торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества.
Контекст. Лукашенко направился на встречу с Путиным спустя два дня после визита в Москву директора ЦРУ Джона Рэтклиффа. После него президент США Дональд Трамп также проводил закрытое совещание с главами силового блока.
Москва и Вашингтон не говорили конкретно, с какой целью Рэтклифф прилетал в Россию. По данным WSJ и Politico, директор ЦРУ должен был предупредить Кремль о недопустимости нападений на страны Балтии.
Новая газета. Европа — Читайте также

Госкорпорация ВЭБ уволила своего главного экономиста Андрея Клепача за то, что он предупредил об экономическом и технологическом упадке России и грядущем социальном кризисе. Но Клепач — далеко не первый человек из власти, который делает такие прогнозы. Более того, его оценки выглядят даже мягкими и осторожными на фоне слов ряда высокопоставленных чиновников. Год за годом они ругают экономполитику за высокие госрасходы и увеличение налогов, а также критикуют силовиков за передел собственности. 
Вот что сказал Андрей Клепач: «Проблема скорее в том, что мы отстаем. Мы проигрываем и технологическую, и экономическую конкуренцию в мире. <...> Мы в этой войне на истощение не выиграем конкуренцию. У нас есть иллюзия, что там (в Украине. — Прим. ред.) всё рухнет. Не рухнуло и не рухнет. У нас нарастают издержки. Я верю, что Россия не развалится, но то, что мы придем к социальному кризису, я почти уверен. Экономически мы не рухнем, но и наше отставание будет нарастать со всеми вытекающими последствиями».
Экономика не сможет расти быстрее чем на 2–2,5% в год при продолжении войны из-за санкций и жесткой денежно-кредитной и бюджетной политики, предупредил экономист. На первое место среди причин всего этого Клепач поставил продолжение войны, из-за которой Россия уже проигрывает экономически не только США и Китаю, но и Украине. Этот доклад экономист сделал на заседании Никитского клуба — московской площадки, где дискутируют экономисты и чиновники, — еще в мае. Но увольнение случилось только в августе, после того как заявление Клепача разошлось по СМИ. Источники The Bell говорят, что уволил его глава ВЭБ Игорь Шувалов «по звонку сверху».
«Новая-Европа» составила список главных критиков экономической политики внутри самой власти. Мы выбирали высказывания чиновников по двум критериям: либо когда они критиковали главные положения «военной» экономполитики, либо когда отрицали оптимизм, с которым обычно Владимир Путин говорит об экономике, регулярно уверяя, что в ней нет проблем.
Эльвира Набиуллина, глава ЦБ
Объект ее постоянной критики — это не только правительство, которое она ругает за высокие расходы, рост налогов и тарифов, а также за раздачу денег в виде ипотечных субсидий. Набиуллина — единственный человек из власти, кто пытался судиться с силовиками, чтобы остановить передел собственности, и кто даже критикует экономполитику Владимира Путина.
Уже на втором году войны, в июне 2023 года, Набиуллина радикальнее всех госэкономистов сформулировала дилемму, к которой подошли власти: предстоит либо резать расходы, либо повышать налоги. Минфин выбрал второе, уже через год объявив о росте налогов на доходы граждан и на прибыль бизнеса, а в 2025 году — о повышении НДС. Всё это, а также сильный рост утильсбора, тарифов ЖКХ и естественных монополий Набиуллина называла важной причиной инфляции, за сдерживание которой отвечает ЦБ. В апреле 2026 года она прямым текстом сообщила, что источник роста цен — правительство, которое тратит в этом году денег больше, чем в прошлом. А еще правительство — виновник технологического отставания (как раз того, о котором говорил Клепач), потому что тратит колоссальные деньги на поддержку неэффективных производств, сказала Набиуллина этим летом; умолчав, что это инвестиции в ВПК.
Модель, основанная на огромных госрасходах, себя исчерпала, ресурсов больше нет и нужно подумать о «некоторой новой модели роста», предупреждала она год назад. Так и случилось: рост экономики неотличим от статпогрешности, источники доходов иссякли, никакой новой модели не предложено.Набиуллина много лет подряд критикует раздачу триллионов из бюджета для субсидирования как безадресной, так и адресной ипотеки. «Чем больше выдается льготных кредитов, тем больше это влияет на рост цен на недвижимость, тем более высокими будут и рыночные ставки», — например, сказала она месяц назад. Это — заочный спор с Путиным, потом что субсидирование ипотеки — важная часть его социальной политики. В этом году он потребовал расширить число льготников и правительство готовится это сделать.
Наконец, ЦБ безуспешно судился с Генпрокуратурой, пытаясь защитить от национализации Соликамский магниевый завод — одно из сотен предприятий, которые забрало государство за годы войны. Набиуллина публично возмущалась тем, что силовики отобрали акции у добросовестных приобретателей и «после этого мы не можем ожидать, что люди пойдут своими деньгами покупать акции на организованных торгах». Но завод всё равно отдали «Росатому».
Алексей Заботкин, заместитель Набиуллиной
Второй ключевой спикер в ЦБ. Как и его начальница, ругает правительство за разгон инфляции через высокие расходы. Вскоре после того, как правительство выбило себе право самому устанавливать размер заимствований, Заботкин предупредил, что рост долга сейчас — это риски для бюджета. А недавно он спрогнозировал, что по итогам года реальная динамика инвестиций может быть отрицательной.
Максим Решетников, министр экономики
Он жаловался, что власти «напринимали кучу неэффективных решений» в экономполитике, которую сам же и претворяет в жизнь. В 2023 году возражал против роста налогов, объясняя, что это «очевидно подорвет инвестиции, это будет прямой вычет из экономического роста… Бессмысленно пытаться с бизнеса или с экономики взять больше, чем она может себе позволить». Налоги, как известно, выросли. Решетников на словах поддержал Набиуллину в том, что нельзя отнимать предприятия у частных собственников, — правда, в суде, где отбирали Соликамский завод, представители Минэкономики замечены не были. Наконец, министр стал первым чиновником такого уровня, кто в июне 2025-го назвал своим именем то, куда пришла военная экономика: «Мы, в общем, уже, кажется, на грани перехода в рецессию».
Александр Новак, вице-премьер
Не произнося слова «рецессия», весной 2026 года сказал, что роста экономики в 2026 и 2027 годах не будет, как и реального роста доходов граждан. Примечательно, что Новак поставил этот диагноз спустя лишь месяц после того, как Путин достаточно резко отругал министров экономического блока, а также ЦБ за то, что экономика взяла и перестала расти, — и приказал принять меры. Вместо «мер» правительство представило новый макропрогноз, в котором чиновники, вопреки окрикам из Кремля, признали, что время военного экономического бума ушло. При этом Новак назвал виновных в замедлении экономики, и это не война, как можно было подумать, а ЦБ и Набиуллина с их высокой ставкой.
Максим Орешкин, замглавы кремлевской администрации
Он, тогда еще помощник президента, тоже называл повышение налогов контрпродуктивным: «Если корову зарезать, сразу, конечно, сыт ты будешь, но через год голод тебя настигнет… Мы доходов от замедления экономики потеряем больше, чем гипотетический выигрыш от повышения налогов на бизнес».
Он же критиковал национализацию, правда под особенным углом: говорил, что нельзя передавать федеральным холдингам региональные предприятия, потому что из Москвы ими будут плохо управлять. Именно таким холдингам, которые контролируют близкие к Путину люди, и передают изъятые частные активы, выяснила «Новая-Европа».
Андрей Макаров, глава комитета ушедшего состава Госдумы по бюджету и налогам.
И он критиковал силовиков за появление «государственных макарон» — так он назвал изъятие государством продовольственного концерна «Макфа» — а также за нарушение прав миноритариев при национализации Соликамского завода. Это, говорил он на Петербургском экономическом форуме летом 2024 года, разрушает доверие инвесторов, качество институтов, уважение к частной собственности и независимому суду.
Антон Силуанов, министр финансов
Выражал недовольство конфискацией частных активов под руководством силовиков. «Если права собственности подлежат сомнению, про какой инвестклимат мы можем говорить. Денег не хватит бюджетных. Мы надеемся, что в суде вопрос будет рассмотрен и суд примет взвешенное решение», — сказал он в июне 2024 года. В суд он не ходил, а на масштабы перераспределения бизнеса это не повлияло.Тот же Силуанов три года назад призывал отказаться от роста госрасходов, сетуя, что «уже просто невозможно». Он напомнил, что траты казны с 2019 по 2022 год выросли в полтора раза до 29 трлн руб. Но Минфину всё равно пришлось увеличить их снова и в те же полтора раза до 45 трлн руб в текущем году — из-за инфляции и из-за того, что Путину потребовалось много денег на продолжение войны.
Андрей Костин, глава госбанка ВТБ
Весной 2023 года в стране начала раскручиваться масштабная кампания военной национализации. Именно тогда Костин сказал, что надо делать всё наоборот: для пополнения бюджета приватизировать крупнейшие госкомпании. Он перечислил их: доли в «Транснефти», РЖД, «Почте России», непрофильные компании «Ростеха» и «Росатома», Объединенная судостроительная компания, и даже коньячные заводы.Но на деле же именно эти госхолдинги, а также друзья Путина и сам ВТБ оказались бенефициарами военного передела собственности: им передавали изъятые частные активы, а никакой приватизации не случилось.
Герман Греф, глава Сбербанка
В сентябре 2025 года он заговорил о прекращении роста экономики: «Июль и август показывают достаточно такие явные симптомы того, что мы приближаемся к нулевым отметкам». Путин его публично отругал за эти прогнозы, но они сбылись.
Сергей Чемезов, глава госкорпорации «Ростех» 
Старый друг Путина.Еще в октябре 2024 года он посулил стагфляцию (она и наступила, только без роста безработицы). А еще Чемезов жаловался что «инвестиции почти встали», и говорил, что текущая высокая стоимость кредитных денег из-за ставки ЦБ — «серьезный тормоз для дальнейшего роста промышленности». Поэтому «практически большинство предприятий станут банкротами».
Александр Шохин, глава Российского союза промышленников и предпринимателей
Спустя полтора года после заявлений Чемезова, в мае 2026-го, говорил о том же самом: «Сейчас компаниям не до инвестиций. Инвестиции стоят на холде у многих компаний, прежде всего у малых и средних. Крупные пытаются завершить текущие проекты, потому что их консервация обходится дороже, но всё, что можно заморозить до лучших времен, замораживается».
Дмитрий Белоусов, руководитель Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, брат министра обороны Андрея Белоусова
Зимой этого года предупредил, что драйверы роста экономики иссякли. «Всё это закончится», — сказал он, имея в виду эффекты бюджетного импульса, поэтому ВВП может скоро уйти в минус. А в июне 2026 года он охарактеризовал ситуацию в экономике так: «Видим лишь кризис». А виноваты, по его мнению, все: ЦБ с высокой ставкой и правительство, которое повысило налоги и ввело высокий утильсбор.
Еще Белоусов считает, что 30–40% населения России находятся у черты бедности, им хватает лишь на еду и одежду. Что это, как не база для социального кризиса, о котором предупредил Клепач?
Губернаторы
В отдельную группу стоит выделить представителей регионов, которые достаточно дружным хором критикуют жесткую политику ЦБ и крепкий рубль.
Среди них — Айсен Николаев, глава Якутии, который в июле 2026-го жаловался Путину, что такая экономполитика вызвала «достаточно серьезную ситуацию внутри страны» — и сообщил, что уже высказывал все эти претензии лично Набиуллиной. Известно о двух публичных встречах в Кремле губернатора Нижегородской области Глеба Никитина, в 2025 и в 2026 годах, когда он жаловался главе государства как на ЦБ, так и на высокий курс национальной валюты. А губернатор Новосибирской области Андрей Травников в декабре 2024-го сетовал, что «под такие проценты (по кредитам) строить что-то, в том числе социальные объекты, просто неразумно».
***
Ни один из критикующих друг друга госэкономистов ни разу не сказал открыто о том, что главная причина тупика — агрессивная война, которую Россия на пятый год выдерживает с большим трудом. А Клепач сказал. Это и стало очень ярким тестом на «двойную сплошную», которую нельзя пересекать.
Можно ругать Запад, который санкциями пытается вытеснить Россию с мировых рынков и подорвать ее величие. Критиковать жесткую монетарную политику, высокие налоги и бессмысленное разбазаривание бюджетных триллионов. Можно даже кидать камень в огород силовиков за изъятие частных активов и порчу «инвестиционного климата».
Но нельзя говорить, что Украина и ее союзники оказались гораздо сильнее, чем ожидалось, победы быть не может, войну надо остановить, иначе кризиса не избежать. Клепач, конечно, не один об этом догадался — это прекрасно понимают практически все перечисленные здесь чиновники. Как и то, что вслух такое не говорят.Клепачу хорошо — он слишком встроен в путинскую номенклатуру, чтобы поплатиться чем-то большим, чем кресло в госкорпорации. А вот те, у кого таких привилегий нет, за подобные высказывания попадают за колючую проволоку на много лет.

В Гааге в возрасте 83 лет умер бывший командующий армией Республики Сербской Ратко Младич, сообщает белградский телеканал Informer.
Кто это. Во время войны в Боснии в 1992-1995 годах Младич командовал силами боснийских сербов. Под его руководством они участвовали в многолетней осаде Сараева, жертвами которой стали около 11 тысяч человек. В июле 1995 года в Сребренице были убиты около восьми тысяч боснийских мусульман.
Младича задержали в Сербии в 2011 году после нескольких лет розыска. В 2017 году Международный трибунал по бывшей Югославии приговорил его к пожизненному заключению за геноцид, преступления против человечности и военные преступления. Вину он не признал.
В последние годы у Младича были серьезные проблемы со здоровьем. С 2024 года он находился в больнице при следственном изоляторе в Гааге и получал паллиативную помощь. Его просьбы о временном освобождении для лечения в Сербии отклоняли.

УМВД России по Пензенской области назвало ложными сообщения о том, что полицейские задерживают мужчин и доставляют их в военкоматы для отправки на войну. Одновременно ведомство заявило, что жители все чаще мешают силовикам проводить задержания. Внимание на это обратило издание «Говорит НеМосква».
🔵 Детали. «Сотрудники полиции не принимают участия в подобных мероприятиях и не осуществляют доставление граждан в военкоматы. <...> В связи со сложившейся обстановкой люди все чаще встают на защиту правонарушителей, препятствуя их задержанию сотрудниками полиции», — говорится в сообщении УМВД.
Там не уточнили, о каких эпизодах идет речь и почему жители вмешиваются в задержания.
🔵 Люди в штатском. Полиция добавила, что если кто-либо представляется сотрудником органов внутренних дел, в отношении него проводится «всесторонняя проверка». Ведомство не сообщило, выявляло ли такие случаи и чем закончились проверки.
🔵 Облавы. В июне жители Пензы и других населенных пунктов области сообщали о массовых задержаниях мужчин на улицах, в транспорте и возле домов. УМВД тогда признало проведение совместных рейдов с военными следователями, но утверждало, что силовики искали получивших российское гражданство мужчин, которые не встали на воинский учет. Принуждение к подписанию контрактов там отрицали.
🔵 Сопротивление. 24 июня рабочие сахарного завода в поселке Беково прогнали оперативников, пытавшихся задержать одного из мужчин. По версии полиции, его подозревали в изнасиловании несовершеннолетней. 20 августа жительница Колышлейского района Светлана Бычкова заявила, что двое мужчин в сопровождении главы сельсовета забрали ее мужа из дома и заставили подписать контракт после неизвестного укола. Накануне жителя Пензенской области забрали с улицы и силой заставили подписать контракт, сообщили «Осторожно, новости» со ссылкой на мать мужчины.
Новая газета. Европа — Читайте также

Треть акций Ozon принадлежит компании, принадлежащей миллиардеру Геннадию Тимченко, одному из ближайших друзей Владимира Путина. Об этом говорится в расследовании Фонда борьбы с коррупцией (ФБК).
Как покупали Ozon. До начала войны в Украине почти 35% маркетплейса принадлежала инвестфонду Baring Vostok. После ухода компании с российского рынка его доля в Ozon перешла компании О23. Формальным конечным владельцем актива в СМИ называют Александра Чачаву. По данным Forbes, сделка обошлась примерно в 38 млрд рублей.
Как пишет ФБК, связанная с Чачавой компания «Стратосфера» в 2024 году получила заем на 51,23 млрд рублей. Такую же сумму, согласно бухгалтерской отчетности, выдала компания «Оптима». В свою очередь, «Оптима» получила практически идентичную сумму в виде беспроцентного займа от компании «Дельта», которая принадлежит Тимченко.
По данным ФБК, у «Оптимы» есть связи с компаниями, связанными с окружением Путина. В частности, нынешняя глава «Оптимы» Дарья Брылякова работала в структурах, связанных с племянником Путина Михаилом Шеломовым и миллиардером Юрием Ковальчуком. Главный бухгалтер компании ранее работала в фирме Светланы Кривоногих, любовницы Путина.
ФБК направил в Европейскую службу внешних связей обращение с призывом ввести санкции против людей и компаний, которые связаны с Ozon.
Атаки на Ozon. С конца августа украинские беспилотники периодически атакуют логистические объекты Ozon в разных регионах России. Компания сообщала о пожарах и повреждениях складов. После серии атак на Мосбирже ее акции резко упали.

Группа стран Евросоюза призвала Еврокомиссию возобновить работу над механизмом финансирования Украины за счет замороженных активов Центробанка России, сообщает FT.
🔵 Новая попытка. Коалиция, в которую входят Швеция, Нидерланды, Испания и Польша, собирается направить Еврокомиссии письмо с просьбой заново проработать юридическую и техническую стороны схемы. Страны хотят выяснить, появились ли способы снять возражения Бельгии.
🔵 Причина. Коалиция опасается, что Киев столкнется с новым финансовым кризисом, пишет издание. «Это справедливый и разумный способ обеспечить Украине возможность защитить себя и всю Европу», — заявила глава МИД Швеции.
🔵 Российские активы. В ЕС заморожено более 200 млрд евро резервов российского Центробанка. Большая часть этих средств находится в бельгийском депозитарии Euroclear. Доходы от активов уже используются для обслуживания согласованного странами G7 кредита Украине на сумму до 50 млрд долларов, однако сами активы остаются замороженными.
🔵 Бельгия против. Предыдущая попытка согласовать схему сорвалась в декабре 2025 года из-за позиции Бельгии. Ее власти опасались, что в случае успешных исков России именно стране придется отвечать за возврат средств. Брюссель также предупреждал о возможных рисках для Euroclear и европейских финансовых рынков. По данным FT, Бельгия по-прежнему выступает против использования активов, а нового механизма, который устранил бы ее опасения, пока нет.
В августе глава МИД Бельгии заявил, что у Брюсселя «нет принципиальных возражений» против использования средств, но власти видят в этой идее «серьезные риски» для бюджета страны из-за возможных ответных действий РФ. При этом другие страны ЕС пока не проявили готовности разделить с ней ответственность, уточнил чиновник.
🔵 Позиция РФ. Арест российских активов «был бы незаконным и имел бы юридические последствия», — заявил пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков. «Россия будет использовать весь спектр правовых средств для защиты своих интересов и для возбуждения судебных дел против тех, кто принял и осуществил такие решения», — добавил он.
🔵 Альтернативный кредит. После провала инициативы лидеры ЕС согласовали кредит Украине на 90 млрд евро на 2026–2027 годы, обеспеченный общим бюджетом Евросоюза.

Ты ворвалась в мою жизнь, и я обалдела.
Я навсегда помню, как услышала твой голос. Мне было двенадцать, я была в летнем лагере при школе. Нас выгуливали в скверике у стадиона «Шинник». Сквериков была два, оба с фонтанами, — в одном под струями воды за мяч сражались два парня, в другом — две девушки. Волейбольная одежда на них была скорее обозначена, и пары казались голыми. Мы тусовали под парнями.
Девочка Катя — где ты сейчас? — включила «Ромашки» на кассетном плеере, вынула наушники. Многие запели хором, и я поразилась, что все знают слова. Песня была замечательная. Мы спорили, что именно ты поешь, что именно там летит — «компашки» или «какашки». Потом Катя включила «СПИД», и подбежала вожатая и потребовала выключить «эту срань».
СПИДа тогда боялись, больных презирали, близких у них как будто бы и не было. А тут ты.
А я девочка с плеером, с веером вечером не ходи.
Совсем скоро и у меня появился плеер, и первой кассетой, которую я купила, была твоя. Вторыми были «Тату», третьим — Децл. У плеера заедала кнопка перемотки, слушать можно было только подряд, и твои тексты входили в меня каждой буквой.
Никого не было лучше тебя.
Потом, непонятно почему, у нас дома заработал телевизор (он работал периодически), и так я увидела «Ариведерчи» и «Искала». Узнала, как ты выглядишь, — и поразилась, что можно быть лохматой, с немытой головой и в плаще и почти в чб. Внутри ночи по крышам машин ходили мужчины, и все тебе были чужими. В «Ариведерчи» твое лицо было замазано и собиралось из чужих лиц, как мозаика, и оставалась только музыка.
Всё в тебе было настоящее.
Я даже не знаю, как это устроено: каждое твое слово было тем самым, почему? Ты говорила, что врать слишком сложно. Знаю, что до музыки ты была баскетболисткой, даже капитаном команды, — не из-за роста, из-за ума и умения вести за собой, не унижая. Много лет спустя, вместе с буддистами оказавшись проездом в Уфе, нашла твою бывшую бандитскую Черниковку, а дом твой с ромашками не нашла.
А девушка пьяна уже который день, по уши влюблена в чужие прелести. Не проще ли сказать, а лучше быть немой, когда она придет, — а девушка созрела.
На интервью ты ходила в черных очках. Ты говорила: «Вот смешно было, когда мне сказали, что песня “Почему?” про девушку. Я вообще обалдела. А мне говорят: Так вот “ты стучала в дверь открытую”. Блин! А у меня, понимаешь ли, вышло так, что я песню написала, как нередко это бывает, на улице, и куплет — это одно, а припев — другое. Она слеплена из двух песен. Ну как про девушку? Когда мне это впервые сказали, я испугалась, но не могу же я в перерыве между куплетом и припевом крикнуть: а теперь — вторая песня».
Примерно тогда же журналисты пытались поженить тебя на Петкуне из «Танцев минус». А ты сказала, что никогда не будешь рассказывать про личную жизнь.
Пожалуйста, не умирай, или мне придется тоже.
Про тебя рассказывали, что ты употребляешь наркотики. Все тогда употребляли наркотики, или пробовали наркотики, или говорили про наркотики. В журналах Cool Girl и других, добытых в библиотеке, писали про худобу, временные татушки в виде паутинных веток приписывали «скрытой наркоманской символике». Я думала, как тебя, должно быть, заебали эти спекуляции. Ты предлагала сдать анализы, чтобы поставить точку, — но точка никак не ставилась.
Хочешь, я отдам все песни, про тебя отдам все песни?
Прикинь, мы одновременно поступили в МГУ — я на журфак, ты на философский. Ты скоро бросила — писала альбом, я прогуливала — писала в «Новую», но сессии сдавала, ссыкотно без диплома. Читала «Кремлевского диггера» политической журналистки Трегубовой. Она «обнаружила несомненное — как казалось в тот момент — сходство между путинской предвыборной программой и текстами Земфиры: смысла никакого, но спето так, чтобы каждый слушатель заподозрил за этим что-то свое. То есть провалы смысла точно рассчитаны так, чтобы дать слушателям помечтать, о чем хочешь». Что за бред, при чем тут Путин? Ты пела про меня, и только про меня.
Тогда же вышел фильм «Богиня: как я полюбила». Следовательнице Фаине было пора умирать, а она никогда не любила. Фаина-Рената шаталась на каблуках, боялась ворону, бежала прямо в зеркало, за ней ходили ангелы. Ты пела: «Любовь как случайная смерть». Я не знала, что ты нашла свою любовь. Ты тогда уже знала? Что на всю жизнь?
Если бы можно в сердце поглубже вставить кассеты, и я на память оставлю свои сигареты.
В сентябре 2009 года мне исполнялось 22 года. Я ехала в командировку на первый питерский КВИР-фест. КВИР безопасно расшифровывали «Культура Во Имя Равенства». ЛГБТ еще не были запрещены, но аббревиатуры — да и самой темы — избегали. Я должна была написать текст для «Новой», активистки фестиваля очень на это рассчитывали. А я ничего не могла написать: я уже знала, что лесбиянка, я жила с любимой женщиной, и как мне писать о собравшихся — «они»? «Мы»? Боже упаси. Обходила Питер, курила, как завещано, писала стихи — про любовь, только про любовь.
На фестиваль приехали и поющие, все женщины: группы «Колибри», «Ива Нова», «Снега» — с тех пор они у меня тоже в сердце. Приехала и более известная певица, совсем взрослая, мы познакомились в курилке. Она никак не обозначала ни своего участия, ни своего присутствия. Она пошла провожать меня на вокзал и сказала уже у поезда, что не может позволить себе каминг-аут — ее перестанут слушать. Никто не придет на концерты. «Когда меня спрашивают, почему мои песни обращены к женщинам, я говорю, что просто пою от лица мужчины». И я кивала, что понимаю ее. Мне было больно очень, я думала про активисток, которые делают этот фест под своими именами и которых не защитит никто, ну и про себя, которая молчит, гуляет на командировочные деньги по мостовым.
Я тебе отдам, всё тебе отдам, солнце и луну, всё идет ко дну.
Этот фестиваль и эти стихи (плохие совсем) оказались важными. Мама услышит их на фестивале в родном Ярославле и залезет ко мне в сумку проверить страшное подозрение — а там открытка от моей Ани. Пиздец. Мама плакала и плакала. Сказала, что у таких, как я, не должно быть детей.
Я знаю, что твоя мама успела познакомиться с Ренатой и назвать ее своей второй дочерью, а дочь Ренаты — внучкой.
Она читает в метро Набокова, я сижу около, веревочкой связаны, маме доказано самое главное.
Скоро я тяжело заболела, и моя Аня ходила за мной, как за маленькой: готовила мне еду, кормила меня с ложечки, мыла и расчесывала волосы. Потом я попала в больницу и при приеме продиктовала ее телефон как своей ближайшей родственницы. Регистраторша записала, поморщившись. Мне повезло с заведующим отделением: Аню пускали в палату, Ане рассказывали о моем лечении, выдавали рецепты на руки, а если бы не пустили? Никаких прав, никакой защиты. Скоро я сама пошла на гей-парад. Моя жизнь довольно сильно изменилась. Аня пошла со мной. Ее жизнь изменилась тоже.
Над моей пропастью у самой лопасти кружатся глобусы, старые фокусы.
Не отпускай меня, вдруг кто увидит.
Говорили, что ты перфекционистка, что ты работаешь сутками. Что не успокаиваешься, пока каждый звук не займет свое место. Я тоже работала сутками, и корректура терпела меня с трудом: правки, правки, правки. Я просыпалась, варила кофе в самую большую кружку, доливала его молоком чуть ли не с горкой и пела вместе с тобой:
В понедельник я болею,
Во вторник открываю глаза,
СМЕРТЬ (в среду), работа, работа, пробки, работа.
Четверг — авария, солнце, желание жить.
Это пятница — Москва колбасится.
По субботам мы валяемся в постели целый день.
По воскресеньям я пишу отличные (песни).
И я орала: ТЕКСТЫ! А соседи орали: ЗАВАЛИ ЕБАЛО!
Я думала: теперь я должна в два раза больше работать, потому что я лесбиянка. И все знают, что я лесбиянка. Это такая ответственность. Теперь надо всем доказать, что лесбиянка может быть специальным корреспондентом, что я могу быть сильной, что меня не прожуют.
Хочется быть незаметной, невидной, неслышной, никем не опознанной,
Невозможной, немыслимой, недопустимой, неправильной.
В 2013-м принимали первый федеральный закон против ЛГБТ. Нас в нем назвали социально неравноценными, ты следила? Мы ходили целоваться к Госдуме: думали показать, как мы не исчезаем из-за закона. Но видишь, нас всех исчезнули потихоньку. Кричали: фашизм не пройдет, как будто кричать достаточно.
Тогда, в перерывах между поцелуями и избиениями, со мной связалась менеджерка одного поп-певца и попросила помочь ему написать речь в поддержку ЛГБТ. Певец сам был геем и не знал, как говорить об этом. Я тогда закрутилась (Аню сильно избили православные активисты) и не написала ему речь. И он ничего не сказал, не нашел слов сам.
Певец по-прежнему в России. В его инстаграме — фотографии с неопределяемыми женщинами. Поклонницы пишут: «На ее месте должна быть я».
Я чувствую себя виноватой перед ним.
Мой друг говорит: ты была бы виновата, если бы ты написала ему речь, а он сейчас вздернулся где-нибудь, как многие этой зимой.
Мне слышатся голоса
Прошлого голоса.
Не лучшая полоса,
Черная полоса.
YouTube
Вот Антон Красовский, да? Я была на той передаче, после которой он решил признаться в своей ориентации. Более того, бесстрашный, сказал, что он такой же человек, как президент Путин.
Но это не я подтолкнула его. Там просто всё было так устроено: посадили на скамеечку в ряд ЛГБТ-активистов, а напротив, близко совсем, — депутатов Госдумы и православных активистов. Может, надеялись, что мы подеремся. И мы орали друг на друга. И среди нас был парень, маленький совсем, который вышел в Воронеже против закона, который назвал фашистским. Вместе с ним вышли четырнадцать протестующих. А против них вышла толпа, тысяча человек. Его гоняли по городу, как собаку, долго, потом избили. Убили бы, если бы не вмешались менты (но они сначала подождали, пока его погоняют и изобьют). Он приехал в Москву на передачу. Он пытался докричаться до депутата напротив. Потом передача кончилась. А он продолжил объяснять. И депутат похлопал его по плечу: камеры больше не снимают, хватит, мол, успокойся. Я видела, как Антон дернулся от этого жеста. И меньше чем через сутки сделал очень большой шаг.
Это стоило ему карьеры.
Обратно в телек его взяли в обмен на душу.
Без души можно жить какое-то время.
Сейчас он приветствует геноцид, радуется войне, ждет своей смерти.
Ты писала: «То, что вам хочется видеть как каминг-аут, невозможно по многим причинам. Я очень люблю Ренату, это мой самый близкий человек и самый лучший друг. При этом у нее есть мужчина, отец ее дочери, человек, которого я очень сильно уважаю. Вы что-то там себе напридумывали, но реальность совершенно иная».
Ты пела:
Не осуждай меня, скажи, ну как же так,
Сегодня тело найдено в реке.
И что угодно, только не ложиться спать.
И я ищу твое лицо в своем лице.
Потом нас одновременно внесли в список «Миротворца»: тебя — за песню про Крым, меня — за аккредитацию в ДНР. Шла война, пока как будто бы далеко, но дыханием пропитывалась Москва. Всё больше людей в камуфляже на улицах, всё выше цветники. Или нам сейчас кажется, что мы что-то чувствовали? Я точно помню, что чувствовала в основном усталость, что перестала высыпаться, что как будто солнце заходило сразу после восхода.
Демоны молятся,
Нефть качается.
Хорошо, что я закончила МГУ. Диплом дает стабильный заработок. Сегодня я объясняла англоязычным детям, что это значит: «обжегшись на молоке, дуешь на воду».
С одной стороны, жизнь учит тебя осторожности.
С другой стороны, ожог как бы длится в каждом глотке. Как выйти из своего опыта? Можем ли мы?
Странно вспоминать эти последние годы. Я лихорадочно ремонтировала квартиру, в которой не проживу ни дня: выбирала плитку в ванную, дверцы для шкафчиков, плинтусы (так и не выбрала плинтусы). Написала еще тексты, предала близкого человека, построила маленький дом. Еще я писала репортаж из концлагеря. Ты знаешь, что у нас в стране давно, еще до нашего рождения, были построены и до сих пор функционируют 600 концлагерей? Там содержатся 177 тысяч человек. В одном из них содержится Люба. До психоневрологического интерната она работала на скотном дворе. У нее был муж, дочка, мама, папа, свекровка, свекр, племянник, племянница, кролики, гуси, жеребцы Хорек и Лентяй и пять коров: Ночка, Марта, Кукла, Зорька, Зорька. Когда мы познакомились, у нее была бижутерия, кассетный плеер с севшими батарейками и пять кассет к нему, включая твои «14 недель тишины». Еще фото мужа и дочки. Люба говорила: «Осталась только память, и больше ничего». Я купила ей пакет батареек и оставила ее дальше жить в концлагере. Зато с песнями.
Ты знаешь, там верят в любовь, в наших концлагерях. Рассказывают друг другу истории про любовь.
Если мы выживем этим летом, с нами уже ничего не случится.
Я тоже в это верила почему-то. Я всё чаще думаю, что наша вера — может быть, любая вера — вещь вынужденная. Как будто наше тело глупое достраивает воображаемый мостик под ногой, как будто открываешь рот, а воздуха уже и нет. Еще одно движение подвздошьем.
Нам гореть в аду, нам сойти с ума.
В день, когда началась большая война, ты написала ей «нет» и спела со сцены в Москве «Не стреляйте». Это был твой первый сольный концерт за пять лет. Люди осторожно подпевают, поднимают руки ладонями вверх.
Я потом узнала про это. Я ехала в Украину писать. Ведь я умела только писать, так? Мне повезло пересечь границу.
Не смотрите, эти шрамы не про вас.
Не молчите, в этой рыхлой тишине
Я погибну.
Не молчите,
Не стреляйте,
В этой комнате — любовь.
Представляешь, это было почти пять лет назад.
Я не вернулась домой.
И ты больше не дома.
Я надеюсь, ты успела всех поцеловать, всё ненужное продать, отплакать, успела сходить на могилы.
Мы обе иноагентки, но тебя внесли в список на год раньше. Некоторые говорят, что это признание заслуг, но я точно знаю, что тебе было очень больно.
Рената читает ебалу своим вселенским голосом, а ты поешь:
Мы научим тебя, сука, родину любить,
Улетая в пропасть, чувствовать радость.
А как пелось,
Как пелось,
Есть правда,
Есть гордость,
Есть смелость.
На каждом концерте ты просишь остановить войну. А война не слушает.
Ты поешь Цоя про дерево:
Я посадил дерево. 
Я знаю: мое дерево завтра может сломать школьник.
Я знаю: мое дерево скоро оставит меня, Но пока оно есть, я всегда рядом с ним.
Мне с ним радостно, мне с ним больно,
Мне кажется, что это мой мир,
Мне кажется, что это мой сын.
Это единственная песня, которая теперь мой дом, и я плачу, и плачу, и плачу.
Вчера тебе стало 50. Я бы хотела тебя поздравить и пожелать тебе счастья. Мне скоро будет 39. Наша жизнь уверенно перевалила за половину. Или нет? Обещают суперсредства от старения для выживших.
Я больше не знаю, как правильно. А ты?
Моя жена говорит, что ты предала нас и себя тем, что не встала в небольшой свой рост, не заговорила, когда государство объявило нас экстремистами. Когда турагента Андрея Котова пытали и убили в тюрьме за то, что он отправлял на море влюбленных друг в друга людей. Когда сажали сотрудников клуба Pose (два года и три месяца колонии, шесть лет и три месяца, семь лет), когда ОМОНовцы, трясущиеся, что следующими в мясорубку толкнут их, наступают на юные пальцы на каждой облаве.
Моей жены не было тогда у Госдумы. А знаешь, кто был? Мой друг, реаниматолог. Он сейчас живет в лагере беженцев, пытается учить немецкий, пишет: «Состояние хочется себя убить, но нет сил даже на слезы. Я так устал скрываться. Я чувствую себя трижды загнанным. Соцработник Ратуши хамски требует от меня скрывать свою ориентацию в Германии. Врач-психиатр сочувственно советует скрывать свой ВИЧ-статус от других врачей в Германии. Соцработник психбольницы советует мне остерегаться полиции в Германии и скрывать диагноз депрессии. Зачем, зачем я занимался активизмом. Надо было заниматься только собой».
Говорят, в России нас вносят в специальный реестр. Но ты не там, и любимая твоя тоже не там. И я не там, живу с женой то в столице страны, на которую скоро нападет моя страна, то в маленьком городе страны, которая тоже мечтает о фашизме, но хороший фашизм быстро не построишь, надо постараться. Получается, у нас есть время. Теперь мама хотела бы увидеть моих детей — но дети пока не получаются. В хорошие для материнства годы я бегала то за ментами, то от ментов, теперь всё непросто.
Что будешь делать, если у вас выберут Мари Ле Пен? Вы, кстати, переехали? Ты пишешь новую песню?
Мне с трудом теперь дается каждое слово, а тебе?
YouTube
Может быть, всё и ок, так и надо: кто-то пишет песни, кто-то едет с красивым злым лицом через снег, кто-то собирает буквы, а кто-то красит стены и учит детей, учит детей чему? Мне кажется, эта стратегия не очень работает, но что работает-то?
Каждое сердце перестанет, а твоя музыка будет жить. Ведь всё это ради нее?
На ютубе под клипом «Ариведерчи», где ты без лица, люди пишут:
А мне дал послушать кассету мой братишка, 1999 год, через два года его не стало, ему только исполнилось 17 лет. Включаю и как будто обнимаю его! 2024! А время не лечит. Только присыпает шрамик пеплом! Любите и говорите близким чаще, что вы их любите, это очень важно, пока вы живы, дарите друг другу любовь!
Я носила под сердцем сына 20 лет назад и всю всю беременность слушала Земфиру, когда он впервые увидел Земфиру по телевизору, на тот момент ему был годик примерно, он застыл и не моргая смотрел в экран, пока песня не закончилась, видимо, узнал ))))) сейчас он непосредственно связан с музыкой.
Мое детство, сложное время конца 90-х, переезд, новый холодный и одинокий город, чужие люди, смерть близкого, и Земфира рядом. Делаю уроки и слушаю ее кассеты. Я закончила школу с золотой медалью, поступила в институт, всё себе заработала, растут дети. Спасибо, Земфира, ты помогла мне стать сильной и всегда где-то глубоко в моей душе, куда я очень редко осмеливаюсь открыть дверь.
Середина июня 1999-го. Я в абсолютно пустом аэропорту Минск-2 ночью, жду утреннего рейса. Где-то спит отец, я бесцельно хожу по совершенно пустому терминалу. В нем ненавязчиво играет оставшееся на ночь радио. Там играет много тогдатошних песен, но вот эта и сыгравшая сразу за ней «Танцы Минус» «Город» у меня до сих пор железно ассоциируются с пустым ночным аэропортом. Обе песни я до этого слышал, но эту ассоциацию невозможно искоренить.
Я была влюблена в песни Земфиры и в ее клавишника Сережку, когда мне было 15:) Когда она приехала к нам в город, я оказалась прямо возле сцены, и что вы думаете, Земфира показала на меня своему клавишнику и сказала ему типа: «Смотри, какие у нее глаза», — и улыбнулась, и он улыбнулся. Мои друзья мне это потом долго вспоминали. Эх, как мало было нужно для счастья, когда ты подросток.
Мне 38. В пионерском лагере под эту песню в 1999 году поцеловался с девчонкой, которая мне очень нравилась. Смена закончилась, но эта песня, как оказалось, нам напоминала друг друга. В 2012-м мы снова случайно встретились, но уже в ресторане на свадьбе у общих друзей. Я заказал снова эту песню, и мы под медленный танец опять поцеловались. В 2016-м свадьба, но уже наша) Дочери уже девять лет. Всё так же обожаем танцевать и целоваться под «Ариведерчи». Так что слушайте хорошие песни и приумножайтесь.
Я с 1997 года, из Кишинева, некоторые песни Земфиры слышала в раннем детстве по радио. Но я была маленькой, не понимала их. В последнее время я переживаю духовный кризис, поиск себя. Меня много лет мучают тревожность, раздражительность, панические атаки, дереализация. Часто мне казалось, что меня просто не существует (деперсонализация тоже имеет место быть). Но вот 28.05.2021 поздно вечером я ехала в такси, там играла эта песня. И у меня случился приступ эйфории. Я была в экстазе от прекрасной музыки, голоса Земфиры. Затем дома я нашла ее в ютубе, разобралась в смысле слов. Очень много метафор, образов. Потом нашла другие ее песни, увидела живые выступления. Могу сказать, что моя жизнь разделилась: до 28 мая и после. Да, меня еще беспокоят тревожность, фобии, тахикардия, паника. Но я вышла из дереализации, в которой находилась лет пять, наверное. Я почувствовала реальность, стала воспринимать этот мир по-настоящему, а не через пелену и не как будто в компьютерной игре. Ведь самое пугающее было именно состояние дереала и деперсонала. И песни Земы вытащили меня из него. Спасибо тебе, любимая Земфира! Да благословит тебя Господь!
Прости меня, моя любовь.
Спасибо.
YouTube

В Петербурге взорвался автомобиль, сообщили «Мегаполис», «Фонтанка», «Осторожно, новости», Baza и «112». По данным «Фонтанки», в результате взрыва погиб подполковник ВВС и ПВО.
Telegram
Инцидент произошел утром 27 августа в районе Славянка в петербургских Шушарах. «Фонтанка» пишет, что в автомобиле военного сработало самодельное взрывное устройство. В результате произошедшего водителю и пассажирке оторвало ноги. По данным СМИ, мужчина погиб на месте, женщину госпитализировали. СК возбудил уголовное дело.
«Фонтанка» утверждает, что при взрыве погиб подполковник из подразделения ВВС и ПВО. «112» пишет, что погибший оказался военным летчиком. Его личность пока не раскрывается.
«Осторожно, новости» заметили, что взрыв прогремел в микрорайоне Славянка, где Минобороны массово закупало жилье для военнослужащих и ушедших в запас. Жилье там преимущественно получали офицеры среднего и старшего командного звена, утверждает издание.
В СК подтвердили, что погибший при взрыве автомобиля в Славянке был военнослужащим.

Глава Службы внешней разведки Сергей Нарышкин подтвердил, что встретился в Москве с директором ЦРУ Джоном Рэтклиффом. По его словам, стороны обсудили вопросы, относящиеся к работе разведывательных служб.
🔵 Детали. «Встреча состоялась, в этом нет ничего необычного. Это рабочий формат», — заявил Нарышкин. Он добавил, что личные и онлайн-встречи руководителей спецслужб являются частью их работы.
По его словам, стороны «обсудили ряд вопросов, которые находятся в компетенции разведывательных служб». Он не стал уточнять содержание переговоров, назвав эту сферу «деликатной».
🔵 «Рутинная» поездка. Дональд Трамп также назвал визит «чем-то вроде обычного, рутинного», но выразил надежду, что из него «что-нибудь выйдет». По словам президента США, Вашингтон пытается добиться завершения войны в Украине.
🔵 Визит в Москву. Рэтклифф прилетел в российскую столицу 25 августа и провел переговоры с представителями российских спецслужб. С Владимиром Путиным он не встречался, однако ему доложили о содержании бесед. Это первая публично известная поездка Рэтклиффа в Россию после его назначения директором ЦРУ.
🔵 Данные СМИ. Как пишут The Wall Street Journal и Politico со ссылкой на источники, целью визита директора ЦРУ было предупреждение о недопустимости нападения на государства НАТО. В частности, Рэтклифф предостерегал российских чиновников от нападения на Эстонию, Латвию и Литву. Также он призвал Россию сократить поддержку Ирана.
Дмитрий Песков в ответ заявил, что утверждения о возможности нападения России на одну из стран НАТО не имеют ничего общего с намерениями Москвы.
🔵 Остановка в Риге. Самолет ВВС США, на котором Рэтклифф прилетел в Москву, перед визитом провел два дня в Риге. После возвращения из России борт оставался в столице Латвии еще около суток, после чего направился в Северную Америку.
Новая газета. Европа — Читайте также

Целью визита директора ЦРУ Джона Рэтклиффа в Москву 25 августа было предупреждение о недопустимости нападения на государства НАТО. Также он призвал Россию сократить поддержку Ирана. Об этом пишут The Wall Street Journal и Politico со ссылкой на источники.
Подробности. По данным издания, американские чиновники обеспокоены тем, что Владимир Путин на фоне трудностей с продвижением в Украине и давления внутри страны может начать атаку на одну из стран Балтии. Это может быть как кибератака, так и небольшое наземное вторжение, говорят собеседники WSJ.
Politico уточняет, что Рэтклифф предостерегал российских чиновников от нападения на Эстонию, Латвию и Литву. Накануне президент Литвы Гитанас Науседа заявил, что был заранее проинформирован о визите директора ЦРУ в Москву.
Кроме того, глава американской разведки призывал российские власти сократить военную и экономическую поддержку Ирана, пишет Politico.
Реакция Москвы. Представитель Кремля Дмитрий Песков заявил, что утверждения о возможности нападения России на одну из стран НАТО не имеют ничего общего с намерениями Москвы.
«Таких страшилок сейчас очень много публикуется. Разумеется, это не имеет ничего общего с реальностью и ничего общего не имеет с намерениями РФ», — сказал чиновник.
По его словам, Россия собирается «достичь целей СВО» якобы мирными способами, «но в отсутствие возможности делать это продолжает специальную военную операцию с тем, чтобы обеспечить свою безопасность и свои интересы в контексте конфликта вокруг Украины».
Встреча в США. После возвращения в США Рэтклифф побывал в Западном крыле Белого дома, в котором расположен Овальный кабинет — место работы президента США Дональда Трампа. Об этом сообщил фотограф Эндрю Лейден.
По его словам, директор ЦРУ провел там встречу с главой Пентагона Питом Хегсетом и председателем Объединенного комитета начальников штабов генералом Дэном Кейном. Предположительно, в совещании мог участвовать и сам Трамп. Встреча продлилась около трех часов, другие подробности не раскрываются.
Контекст. Директор ЦРУ прилетал в Москву 25 августа. По словам представителя Кремля Дмитрия Пескова, он провел встречу с представителями российских спецслужб, после чего покинул Россию. 27 августа директор Службы внешней разведки Сергей Нарышкин подтвердил встречу с Рэтклиффом. Он заявил, что обсудил с главой ЦРУ «вопросы, которые находятся в компетенции спецслужб».
«Встреча состоялась, но в этом нет ничего необычного. В практике деятельности специальных служб встречи руководителей, личные встречи или в формате онлайн — это часть нашей работы», — сказал глава СВР.
Трамп назвал поездку «чем-то вроде обычной, рутинной» и выразил надежду, что из нее «что-нибудь выйдет». Он заявил, что США работают над завершением войны, но отрицал связь визита с возможными действиями России против НАТО.
До этого СМИ выдвигали разные версии, зачем директор ЦРУ прилетал в Россию. WSJ писало, что он хотел предостеречь Путина от новой волны мобилизации; украинские журналисты говорили, что он обсуждал с российскими властями взаимное прекращение ударов по энергоинфраструктуре и портам Украины и РФ; Ксения Собчак утверждала, что Россия должна была передать США осужденного Чарльза Зиммермана.

Как минимум 152 банка РФ в июле столкнулись с сокращением средств физлиц на срочных депозитах. Это больше половины из 265 кредитных организаций, отчетность которых изучил РБК.
🔵 Отток растет. Для сравнения, в июне сокращение вкладов зафиксировали 138 банков, а в мае — 134. Сопоставимые показатели, как в июле 2026-го, наблюдались в ноябре 2025-го, когда отток произошел у 154 банков, и в июне 2024-го — у 197.
🔵 Не все банки учтены. На 1 августа в России действовала 301 кредитная организация. В выборку РБК вошли банки, публикующие полную оборотную ведомость на сайте ЦБ и имеющие средства физлиц на депозитах. Некоторые крупные банки (например, оборонный ПСБ) не учитывались из-за отсутствия полных данных.
🔵 Наличные популярнее. В августе 37% опрошенных назвали наличные лучшим способом хранения сбережений. Это максимум с осени 2022 года и на четыре процентных пункта больше, чем в июле. Доля тех, кто предпочитает банковские счета, сократилась на три пункта, до 36%, достигнув минимума с декабря 2022 года.
🔵 Триллионы на руках. С начала 2026 года объем наличных денег в обращении увеличился примерно на 2,4 трлн рублей. Только в июле прирост составил около 650 млрд рублей.

Forbes опубликовал новый рейтинг 20 самых богатых женщин России. Первое место в пятый раз заняла основательница Wildberries Татьяна Ким.
Что можно узнать из рейтинга. Forbes оценил состояние Ким в пять млрд долларов против 7,1 млрд долларов годом ранее. Издание связывает падение с ситуацией на фондовом рынке и атаками украинских беспилотников на склады маркетплейса.
Число долларовых миллиардеров среди участниц рейтинга сократилось с девяти до четырех. Помимо Ким, в эту группу вошли глава Inteco Management Елена Батурина, основной акционер банка «Уралсиб» Людмила Коган и Екатерина Федун, дочь бывшего совладельца «Лукойла» Леонида Федуна.
Статус миллиардера за год потеряли Татьяна Володина, Наталья Луценко, Виктория Михельсон, Лидия Сультеева и Татьяна Литвиненко.
В список после пятилетнего перерыва вернулась основательница «Эвалар» Лариса Прокопьева — ее состояние оценили в 450 млн долларов.
Впервые в рейтинге не оказалось ни одной новой участницы. Forbes объясняет это снижением стоимости российских акций и замедлением потребительских отраслей на фоне высокой ключевой ставки.
За год совокупное состояние участниц рейтинга уменьшилось с 25,75 млрд долларов до 18,95 млрд долларов — почти на семь млрд долларов.

В украинской армии существуют институт военных священников — официально он появился в 2022 году, неформально капелланы были во многих подразделениях ВСУ и раньше. По состоянию на осень 2025 года, их насчитывалось около 800 человек из 13 различных конфессий: православные, католики, несколько деноминаций протестантов, иудеи, мусульмане. Капелланы носят офицерское звание, но не имеют штатного оружия и боеприпасов (они есть у помощников священников); их работа — окормлять солдат духовно, и прямая конфессиональная взаимосвязь есть далеко не всегда: с подразделением, где большинство бойцов — атеисты или православные, может работать пастор-пятидесятник или даже раввин. 
Специальный корреспондент «Новой газеты Европа» Дмитрий Дурнев поговорил с несколькими украинскими капелланами об их служении.
«Чтобы не сойти с ума, военный врач разговаривал с моим плюшевым тигренком»
Отец Сергий (Дмитриев), военный капеллан, священник Православной церкви Украины 
— Сакрализации войны у нас нет, — уверенно говорит мне отец Сергий (Дмитриев) с позывным Падре. — Грань между пацифизмом и обороной — тонкая, но она существует. Я никогда не освящал оружия, никакого: начнешь с автомата или танка — дойдешь и до освящения бомб. Хотя у нас в старых требниках, в том же требнике Петра Могилы от 1646 года, присутствует чин освящения сабли. Так что процентов 30 наших капелланов всё же освящают оружие. Но большинство — нет!
Падре — бывший капеллан 30-й отдельной механизированной бригады ВСУ имени князя Константина Острожского: девиз ее, кстати, был и есть «Dei Gratia», то есть «Божьею милостью» на латыни. Сегодня отец Сергий — военный капеллан и глава правления общественной организации Eleos-Ukraine: она занимается благотворительностью и социальным служением, выступая официальным представителем Синодального управления социального служения и благотворительности Православной церкви Украины.
Официально, в штате бригад, капелланы в ВСУ появились сравнительно недавно — после того, как осенью 2021 года приняли соответствующий закон. До того военные священники существовали в украинской армии либо на общественных началах, приезжая в части волонтерами, либо возникали волевым решением командования, либо присутствовали совсем неофициально, занимая в штатном расписании позиции солдат. Ровно такой путь прошел и отец Сергий.
— Я получил офицерское звание и стал полноценным капелланом в штате своей бригады только в 2023 году, до того был старшим солдатом-деловодом в медицинской роте, потом сержантом-инструктором по спорту, разные должности занимал, вернее, объединял их с капелланством, — рассказывает он. — Зарплату получал, как все: на передовой — плюс 100 тысяч к основной ставке, а так — 22–23 тысячи гривен.
А начиналось всё давно, когда отец Сергий (Дмитриев) служил священником Украинской православной церкви Московского патриархата в Херсонской области. Еще при президенте Викторе Януковиче эта церковь, подчиненная РПЦ, пробовала заниматься вопросом военных священников. Но когда в 2014 году украинская армия начала воевать с российской, УПЦ (МП) от ВСУ отстранилась. Армия этого не поняла. К примеру, в расположении Николаевской десантной бригады имелся свой храм, разумеется, где служил приглашенный священник УПЦ (МП). В 2014 году бригада движется к административной границе с Крымом, потом в Донбасс, а священника с ними нет.
Зато церковники появлялись рядом с сепаратистами и российскими военными в Донбассе — в Краматорске, Донецке, Макеевке. Священников и даже монахов арестовывали как агентов российских спецслужб — в 2015 году, например, задержанного как агента разведки «ДНР» иеромонаха Феофания (Георгия Кратирова) из Свято-Успенского монастыря молниеносно, за четыре недели обменяли по невиданному курсу: один монах за 16 украинских солдат. Так что к православным священникам Московского патриархата в частях относились с опаской, а в 2017 году появился и официальный приказ министра внутренних дел о том, что к капелланству в частях, подчиненных МВД, «не допускаются священники, духовные центры которых находятся на территории страны-агрессора» (именно Национальная гвардия Украины оказалась первой силовой структурой, которая ввела в свой штат 44 священника).
Отец Сергий (Дмитриев) к тому времени уже перевел свой приход в Православную церковь Киевского патриархата и стал окормлять солдат 30-й отдельной механизированной бригады — одного из заслуженных подразделений, составляющих боевой костяк ВСУ.
— Главный украинский феномен тут в том, что Церковь сама сопровождала армию, — говорит отец Сергий. — А делала она так, потому что это члены ее паствы. 
Церковь сопровождает своих прихожан на защите Родины — именно поэтому в армию шли священники с благословения епископов и митрополитов.
Как рассказывает Падре, организована капелланская деятельность на первых порах была по-разному: у греко-католиков церковь платила своим пастырям зарплату, в тогдашней Православной церкви Киевского патриархата патриарх Филарет старался адресно помогать своим отдельным священникам; в каких-то частях с капелланами заключали контракты, как с солдатами. Упорядочивали статус капелланов в армии долго — в июле 2019-го дошло до стояния священников в зеленых (военных) рясах у Верховной Рады с требованием принять соответствующий закон.
До закона всё происходило творчески: командиры проводили опросы среди солдат об их вероисповедании и предпочтениях — и по просьбе большинства или, наоборот, активных меньшинств появлялись капелланы из греко-католиков, православных священников УПЦ (КП), евангелистов, мусульман… Чаще всего капелланами становились священнослужители, служившие в своих приходах и выезжавшие в «свою» часть как волонтеры. Теперь, после принятия закона, капелланы — это офицеры, которые занимают официальные позиции в расписании бригад и батальонов и работают рядом со штатными психологами (тоже офицерская должность) и заместителями командира по морально-психологическому обеспечению (это своего рода замена советских замполитов).
Мы с Падре знакомы давно: в разгар эпидемии коронавируса он крестил мою младшую дочь в построенной в XVI веке Трапезной церкви Михайловского златоверхого монастыря. Служки где-то уронили маленький золотой крестик нашей дочки: когда пришло время, Падре, не сомневаясь ни секунды, снял с себя ручной работы деревянный крест священника с горы Афон и передал его маленькой Квитане.
Потом наш крестик нашелся, но свой крест обратно священник принять отказался: «Нет, так Господь решил. Может, у вас в семье растет будущая монахиня или первая женщина-священник в Православной церкви Украины?» Церковь в Украине творчески меняется вместе с обществом: всё может быть.
Февраль 2022 года отец Сергий (Дмитриев) встретил со своей родной бригадой в Донбассе, под Бахмутом, и воевал с ней в качестве военного священника до 2023 года, когда его перевели создавать капелланскую службу в войска Территориальной обороны Украины. Еще с 2022 года совсем другие вызовы предстали и перед Eleos Ukraine: эвакуация гражданских из зоны боев, помощь беженцам, сопровождение ветеранов войны и отдельно — создание сети шелтеров для женщин, которые пострадали от изнасилований в ходе войны или в российском плену.
В 2026 году Падре пригласил меня на свою лекцию, которую он читал военным психологам на краткосрочных офицерских курсах. Проходила учебная активность в дальнем селе, в закрытой школе посреди неблизкой Черкасской области: военные в Украине собираются относительно большими группами только в исключительных случаях и в секретных местах. Приехали мы туда за полтора часа до мероприятия, зашли выпить кофе в магазин — хозяйка как раз обсуждала с посетителями главное местное событие: в морг в Днепре привезли тело местного защитника Украины, похороны будут дней через пять.
Накупив леденцов на палочке, капеллан Сергей Дмитриев пригласил меня «посмотреть храм Московского патриархата». Храм находился рядом: деревянный, большой, приличный, ухоженный, с цветами по кругу и полным отсутствием каких-либо пояснительных табличек. Я тут же поинтересовался — откуда отец Сергий узнал конфессиональную принадлежность?
— Это просто, — с усмешкой ответил Падре. — Видишь, вдоль забора, на воротах, возле церкви нет ни одного желто-блакитного флажка? И нигде на территории нет ни одного стенда, таблички памятной о погибших на войне с Россией земляках? Это точно храм УПЦ (МП)!
Потом я наблюдал, как он работает с коллективом будущих военных психологов. Тут как раз пригодились те самые леденцы: за лучший вопрос из зала он вручал чупа-чупс — практикует это еще с 2014 года, когда друг подарил в бригаду отца Сергия большую упаковку. Священник считает, что раздача крестиков и иконок, как это делают в РПЦ, — чистое магическое мышление.
— Когда у тебя в подразделении люди всяких конфессий, включая атеистов, правильнее раздавать шоколадки, — поясняет Падре.
— Для меня всё просто: нет денег, я раздаю чупа-чупсы, есть деньги — дарю мягкие игрушки.
Ко второй идее он пришел тогда же, в 2014 году: как вспоминает отец Сергий, подаренный армейскому доктору маленький мягкий тигр очень помог во время прорыва из окружения, когда врач остался на сутки с телами убитых.
— Чтоб не сойти с ума, он разговаривал с моим тигренком, — рассказывает Падре. — И вообще мягкие игрушки рядом с бойцами живут свою жизнь, часто потом приезжают домой, к детям.
У отца Сергия вообще свои представления о самых разных подведомственных ему делах. Я как-то наблюдал его беседу с епископом-евангелистом о православных обрядах освящения всего подряд — для евангелистов это практика очень неоднозначная. Падре объяснил свой подход к этому таинству обстоятельно:
— Мне не совсем нравится православный чин освящения дома, так что я его поменял на притчу из Евангелия от Луки — о хозяевах, которые построили дом на камне. И я обычно говорю, что освящение дома происходило в значении «Дом Моисея», то есть подразумевалась семья в широком смысле: и овцы, и козы, и рабы, все! И когда я читаю в Евангелии о том, что не надо строить дом на камне, стройте его на вере, и тогда любая война не разрушит его, потому что дом — не камень, дом — это вы, появляется совсем другой смысл. Так православие, которое немного повернуло к шаманизму, понемногу возвращается к истокам.
Я как-то освящал дом одному Герою Украины, и со мной был англиканский священник. А у нас с ними много общего: мы даже, когда были в Африке, видели, что крест их похож, тоже с перекладиной. И он мне в том доме Героя вдруг говорит: «Мы такие же смысловые посылы даем, освящая дома!»
Эта огромная мысль для миллионов потерявших свои дома в ходе агрессии России украинцев звучала опять в специфическом секретном месте — в кулуарах офицерских курсов повышения квалификации для военных священников. Именно там я поговорил с несколькими, самыми разными капелланами. Не все готовы были назвать свои части, но все показали свои лица: они Божьи люди, тут им нечего скрывать.
«Мы молились, и пока ехали, обстрелы вокруг прекращались»
Отец Антон (Подгорный), монах Ордена меньших братьев капуцинов, капеллан отдельного разведывательного полка ВСУ
— Я из Винницы, из военной семьи: и отец, и дед служили оба в 53-й армии, это ракетные войска стратегического назначения. Так что вначале им было немножко трудновато принять мой выбор. Но потом родители увидели, что это мое место.
Я шел [по жизни] вслепую, хотел семью иметь, но со временем Господь меня так направил… Это трудно объяснить, но как-то во время литургии я просто услышал: «Иди за мною!» Священник читал Евангелие от Матфея, и там были эти слова, когда Христос апостолов собирал. А я вдруг воспринял всё это близко, лично.
Я монах ордена капуцинов, это ветвь монашеского ордена францисканцев. Монахом я хотел быть с самого начала. Но у нас в Украине нет еще своей монашьей семинарии, так что я девять лет провел в семинарии в Кракове. Возле Жешува есть такой городок Сендзишув-Малопольски — там у нас основной монастырь: ты принимаешь таинство, тебя посвящают в монахи, и дальше уже семинария в большом городе. В 2014 году я стал магистром богословия: нас долго и серьезно учили, у католических священников всегда серьезная подготовка.
Жил я как нормальный человек — в монастыре. В Римско-католической церкви мы живем в монашествующих орденах, моих монахов-капуцинов в мире насчитывается 10 тысяч. Есть они всюду, даже в Китае, в Украине восемь монастырей, а тогда было еще два в России. В одном из них, в Воронеже, я успел в свое время побыть — русский язык хорошо знал, да и в Россию никто не хотел ехать, меня и отправили. Пробыл я в Воронеже недолго — там уже как раз начали закручивать гайки:
возле монастыря постоянно «бобик» с полицией стоит, каждый месяц тебя на «беседу» приглашают фээсбешники, провокации постоянные.
Люди там, может, и хорошие, отношения с прихожанами были добрыми, но всё время в этой стране трагичные проблемы с гайками…
Вернувшись в Украину, я начал ездить с гражданскими миссиями под Мариуполь — в село Пионерское и на его околицы. Там жили наши светские миссионеры, семья Володи и Оксаны Завадских, которая помогала детям и пожилым. Я приезжал к ним время от времени, на месяц-полтора: чем-то помочь, провести какие-то обряды. Тогда случилось первое мое столкновение с фронтовой реальностью — военные приезжали на исповедь или просто на беседу.
Перед полномасштабкой мы уже понимали, что что-то происходит, и в феврале 2022 года я поехал в Пионерское на эвакуацию людей, которые хотели выехать, в первую очередь детей. Мы вывозили людей под Фастов, к монастырю доминиканцев: собирали по селам, отправляли машины. Потом приехали знакомые военные и сказали: «Началось!» Мы ждали нападения со стороны Донецка, но еще до новостей в телевизоре узнали, что началось по всей Украине. Господь нас вел: вокруг артиллерия, танки, а мы под обстрелами на своей старой машине собираем детей по домам. Мы молились, и пока ехали, обстрелы вокруг прекращались, это было что-то чудесное! Детей мы тех вывезли, я заехал в Мариуполь, но там уже не был так остро нужен — и с одним из тех первых полупустых эвакуационных поездов выехал.
Через месяц пришел запрос: создавалась новая часть, и командир искал капеллана. Я согласился, приехал в Киев и с 4 апреля 2022 года стал капелланом. Я жил в части, меня кормили, я исполнял все свои обязанности, но никаких документов и зарплаты: где-то полгода всё происходило на волонтерских началах, закон о военном капелланстве только начинал вступать в силу. Мое монашеское начальство не выдержало и отозвало меня в монастырь под Староконстантиновом, я стал служить при реабилитационном центре, работал с мужчинами с зависимостями — тоже чудесный опыт. Хотелось служить, просился на войну, написал прошение, но меня не пускали.
А потом меня поймал ТЦК (территориальный центр комплектования, в Украине занимается вопросами мобилизации. — Прим. ред.)! Ехал я ровером (так здесь называют и велосипед, и мопед, и мотороллер. — Прим. ред.) строить часовенку под Староконстантиновом, меня подрезали и собирались уже «вязать»… После этого монашья власть наша сказала: «Хорошо, иди уже!» Так я вернулся в свое подразделение. В ТЦК меня немного поубеждали: звали послужить солдатом, потом, узнав про два высших образования — у меня, кроме богословского, еще и Киевский университет строительства и архитектуры, — стали предлагать офицерскую карьеру. Но закон наш уже работал, и я сказал: «Простите, но я буду собой, у меня есть такое право, капелланов тоже остро не хватает!»
В нашем полку больше атеистов и православных, но в этом вся суть военной капелланской службы: у меня нет задачи быть непосредственно римско-католическим священником, я для всех! Я уверен, что каждый имеет свою духовную жизнь, свое мировоззрение, и моя задача в том, чтобы человек черпал силы из своего духовного, становился сильнее перед заданием. Чтобы верующие люди не ставили во время войны свою веру на паузу: вот сейчас мы повоюем, а потом вернемся к нормальной жизни. Так не бывает: вера тогда деградирует, и люди вообще теряют смысл жизни. Моя задача как капеллана — услышать человека и помочь ему развить его духовный опыт.
Мой личный духовный путь, моя дохристианская история включала в себя интерес к исламу, потом я интересовался кришнаитами. Сейчас вдруг оказалось, что всё это помогает: я знаю, о чём идет речь, кришнаиты, буддисты, мусульмане — я со всеми могу работать. Мало того: меня ребенком крестили в православном храме, а наше внутреннее законодательство таково, что когда православный входит в римско-католическую церковь, он становится греко-католиком. И это я тоже могу использовать для своего служения.
С фразой о том, что на войне не бывает атеистов, я не совсем согласен. Бывают ситуации, когда смерть существенно угрожает человеку и он цепляется за всё, но я бы не назвал это верой — это скорее проявление магического мышления, следование предрассудкам. Ради спасения жизни люди обращаются к Богу, но если бы был случай обратиться к сатанизму, то, может, обратились бы и к Сатане. Бывает, что Бог спасает человека, и он это потом забывает — это не совсем про веру. 
Но у человека, который верует, вера углубляется и очищается — в этом я уверен. А вот если вера незрелая, детская, на войне, под испытаниями она может ломаться.
Оружие я не освящаю. Если максимально для понимания упростить нашу практику, мы освящаем всё для жизни, а оружие несет смерть. Танк освящать было бы неправильно, а вот танкистов, экипаж — да. Церковь — это прежде всего сообщество, люди.
У капеллана высокий статус. Звание у меня сейчас лейтенант, но должность согласно штатному расписанию [в полку] — майорская. Капеллан входит в группу управления, где-то сразу после командира и его заместителей — по сути, это позволяет мне открывать любые двери ногами, но специфика моего служения такова, что я этим не злоупотребляю. Я раньше приезжал в какое-то подразделение, например, в боевую роту и пытался действовать через офицеров — выходило не всегда: офицер может быть занят, времени на мои дела не хватает, и всё, я не могу работать с людьми. А вот сержанты живут с личным составом. Я много времени положил на то, чтобы наладить отношения с сержантами по всей вертикали, — и моя работа стала гораздо эффективнее.
Капеллан нужен везде, но в тылу меньше: там можно обеспечить свои религиозные потребности в любой ближайшей церкви, и это нормально. Мое задание — напоминать об этом. «Вы на войне, но под Киевом, до церкви двести метров, хотите познакомлю со священником?» — обычно говорю я в таких случаях.
Сила римско-католической церкви в том, что у нас есть все возможные способы служения, причем законные. Мы можем делать всё, что укоренено в церквях христианского толка. Литургия? Не проблема! Протестанты хотят молиться с поднятыми руками — тоже не проблема. У нас есть в католической церкви харизматические сообщества, я сам через них проходил — почему нет, это один из способов молитвы. Хотите библейскую группу — да пожалуйста! Мы, католические священники, как универсальные солдаты: мы можем всё, причем не изображая кого-то, что тоже важно. Я не имитирую, например, протестанта, я католик и могу дискутировать на богословские темы. Очень люблю таких, кто спорит, сопротивляется: они явно подозревают о существовании духовной сферы, просто к ней еще не пришли.
«Человек должен знать, что его уважают независимо ни от чего»
Отец Евген, священник Украинской греко-католической церкви, Капеллан военного госпиталя в Киеве.
— У меня папа с Луганщины: дед по отцу работал шахтером, бабушка еще была жива, когда война началась. Мама из Киевской области, семья обычная: пришли в церковь уже вместе со мной.
До войны я как священник работал и жил в Вышгороде и Макарове [в Киевской области]. А с 2014 года начал поддерживать наших раненых военных в госпитале и так от волонтерства дошел до гражданской позиции священника. Последние два с половиной года я уже оформлен военным капелланом.
Свои особенности в работе с ранеными и их родственниками, конечно, есть. Тут у тебя все конфессии, верующие и неверующие. День начинается с обхода палат: приветствую всех, вижу новых раненых, всем желаю здоровья — где-то из этого может начаться общение на несколько часов. В остальном — все обычные аспекты капелланской службы: таинства, богослужения, литургии, исповеди, причастия, молебны, благословения… Нужно удовлетворить потребности верующих и поддержать всех психологически. 
Люди могут быть православными, католиками, протестантами, не верить в Бога и вообще после ранения быть агрессивно настроенными, а твое призвание как капеллана — относиться ко всем и каждому с искренней любовью.
Человек должен знать, что его уважают независимо ни от чего.
У нас есть психологи, среди них существует разделение: кто-то работает с персоналом, кто-то с ранеными — сейчас все травмированы войной. А капеллан я один в госпитале, хотя есть еще полставки гражданского священника — бывает, мы вместе служим с еще одним отцом. Знание психологии мне тоже нужно, чтобы, в первую очередь, не навредить. С психологом мы должны один другого дополнять.
В нашей армии нет такого, что вот в этой части такая конфессия преобладает, и там такой капеллан. Существуют квоты, сложившиеся на общенациональном уровне: сколько у кого приходов, какая квота на церковь, сколько для нее выделено мест капелланов в ВСУ. И дальше уже ты должен заботиться о каждой ситуации. Если человек хочет получить таинство только от священника своей конфессии, ты организуешь нужного капеллана. Но в большинстве случаев таких особенных желаний нет, тем более священники традиционных церквей помогают друг другу буквально во всём.
«Я на фронте больше верю в Б-га»
Раввин Яков Пинхас (Синяков), главный капеллан 7-го корпуса Десантно-штурмовых войск ВСУ 
Я первый и единственный такой капеллан в истории украинской армии. Ко мне часто обращаются: «Ребе!» — я не поправляю, но это более высокое звание, слышали про Любавичского ребе? Нет, я просто раввин.
Всю жизнь я был евреем, но и украинцем. Как хотите, так и понимайте: я тут живу, тут моя земля, мои родители и бабушка родились тут… С 17 лет я находился в экзистенциальном поиске — начался он с боевых искусств: у меня черный пояс по карате, стиль годзю-рю. У меня был свой клуб в Николаевской области, но, когда я переехал в Днепр и пришел к иудаизму, перестал ездить на соревнования: они обычно по выходным, а у нас шабат.
Когда началась большая война, всё сразу пришло в другое состояние. Я всегда говорю, что первый мой герой — это жена. Когда началась эвакуация еврейских женщин, она мне сказала: «Нет! Я буду принимать участие в защите моей страны!» Я был в шоке, а она пошла в волонтерский центр и там два года работала безвылазно. Я тоже сначала пошел за ней туда, потом занялся беженцами как психолог, а потом стал ездить на фронт от Федерации еврейских громад Украины: много евреев тогда пошли служить. Я начал с них, а потом вдруг понял: Б-г один, Украина одна, у каждого есть божья душа, и мы не разделяем людей, мы разделяем зло и добро.
Генерал Лосийчук, командир моего седьмого десантно-штурмового корпуса, предложил мне стать капелланом. Я поначалу засомневался, не хотел себя ограничивать батальоном или бригадой. А он сказал: мол, а корпуса тебе мало? Корпус — это десятки тысяч людей. И всё — я стал офицером капелланской службы, пока что младшим лейтенантом. У меня высокая штатная единица, в подчинении — капелланы бригад, я к ним езжу, проверяю, работаем вместе.
Капелланы наши, так сложилось, — православные и протестанты. Но никаких проблем у меня с ними нет. Капелланство в ВСУ — это пример человеческого объединения. 
Римо-католики, греко-католики, православные, протестанты, иудеи — мы все общаемся, пьем кофе, месяцами, как сейчас, решаем общие проблемы. Мы нашли то, что нас объединяет: есть Б-г, есть наша страна, есть ее защита, есть защита наших семей, людей, детей…
Евреев в корпусе немного, но они есть практически в каждом подразделении. Ко мне приезжал журналист из Нью-Йорка, и мы на Песах с ним вместе возили мацу еврейским воинам. В одной бригаде командир роты — еврей, в другой на боевой позиции находятся евреи. Плюс есть те, кто по папе: мы их тоже считаем евреями. Но вообще я же говорю: мне нет разницы, кому служить. Мы все верим в Б-га, который сотворил эту землю, это должно служить нам опорой. Дальше будут вещи, которые нас разделяют, но они нас не разделяют как людей. Они вот говорят, что Иисус придет второй раз, а мы говорим, что придет обычный человек, Машиах мы его зовем. Но и они знают, что придет еврей, и я это знаю! (Смеется.) Это нас тоже объединяет.
В части я нахожусь в камуфляже, но всегда видно, что я еврей: на мне цицит, как сейчас. И хоть под шапкою, хоть под каскою на мне всегда кипа.
Нужен мир, но мир сейчас в мире невозможен без силы. В иудейском законе сказано: если пришли тебя убить, убей первым. Еще мы часто вспоминаем максиму о необходимости молиться за своих врагов. Тут всё просто: мы молимся, чтобы Б-г дал им ум, чтобы они развернулись и пошли отсюда! Можно еще сдаться в плен, если ты не хочешь жить в той стране. А если нет, мы готовы защищать свою Украину!
Я встаю рано, около часа молюсь: утренняя молитва — самая долгая. Потом выезжаю по своим задачам — к примеру, на полигон, где люди начинают службу с базовой подготовки или уже проходят боевое слаживание. Езжу от локации до локации, провожу беседы разные, угощаю сладким: ни разу еще не ездил пустым, со мной всегда шоколад, влажные салфетки, какие-то конфеты — духовная еда без физической не заходит, сами понимаете.
Разумеется, присутствует не только духовная основа, но и психологическая. Тем, кто только пришел в войско, рассказываю, как я горжусь быть частью самой крутой организации в мире — ВСУ. Показываю преимущества нахождения в нашей армии: какие у нас соцзащита, одежда, еда, отношение к людям. Я думаю, украинское войско — это пример для гражданских, то братство, единство, которое есть там, — это очень круто. Я сначала ездил [по подразделениям], думая, что я им что-то расскажу, а сейчас я оттуда везу многое для себя.
Бывает, что я езжу и в область боевых действий: последний раз был в районе Доброполья, где-то в 15–20 километрах от линии боевого соприкосновения. Иногда приходится долго идти пешком и обратно со всеми сладостями, но дело важное: пацаны должны знать, что они герои, что мы ими гордимся, и когда это говоришь от всего сердца, именно то, что ты сам думаешь, человек это чувствует. Важно очень говорить истину. Важно свидетельствовать — я там больше верю в Б-га, чем тут: это такая шутка, но она совсем не шутка. Там я прямо верю и молюсь глубже, обещаю Ему всё: опасно там, понимаете?
Оружие я не освящаю. Могу очень просто это объяснить: самое главное — человек, остальное не так важно. Написано, что придет час, и мы всё оружие перекуем на орала, — но у пророков написано и то, что мы орала перекуем на оружие, есть и такой момент. Всё зависит от ситуации. Поэтому человек важен, а оружие — просто дополнение к нему. У меня есть оружие: я прошел обучение и завел ружье против дронов. Я его пока не применял, но всегда ношу его с собой, с патроном в патроннике. Еще у меня есть короткоствол (пистолет. — Прим. ред.). Зачем — бывает, я еду в отдаленные подразделения по каким-то посадкам, полям, селам в серой зоне: там что угодно может быть, я считаю, что для личной защиты что-то нужно. Но я ж такой один, первый еврейский капеллан. Если что, мы берем Тору, берем Библию и читаем про путь с оружием в руках: с мечом вышли и с мечом по сей день. Пример Израиля — он перед глазами.
«Капеллан — не только про молитву, капеллан — он и друг, и товарищ, и брат»
Роман Матейченко, пастор Церкви христиан веры евангельской (пятидесятников), капеллан батальона ПВО
Я многодетный отец, у меня трое сыновей — четыре года назад, когда я пошел воевать, им было 12, 8 и 3 года (Матейченко — доброволец, в Украине многодетные отцы имеют право на отсрочку. — Прим. ред.). В 2022 году меня благословил наш пастор, благословила жена, и я решил пойти на фронт — тогда я был просто верующим человеком. Воевал простым солдатом, одно время был пулеметчиком, старшим стрелком — дрался на Харьковском направлении в районе Стрельниково. Потом командир моего пехотного батальона заметил бойца, который в свободное время обсуждает с сослуживцами Библию, и назначил меня помощником капеллана.
На должность капеллана я зашел уже не в свой первый батальон в 2024 году, а вот офицерские курсы прохожу только сейчас. У нас в стрелковом батальоне капеллан — третий человек в штатке: есть командир, есть его заместитель, а дальше уже капеллан. Мы сильно с этим не считаемся: какое ни есть штатное расписание, а обязанностей капеллана оно не опишет —
он в первую очередь должен быть духовным лидером, который своим примером ведет людей, поддерживает командира, грубо говоря, держит духовное состояние своих бойцов.
Концепция справедливой войны ведь простая. Сейчас это очень страшная война, но для нас она оборонная, справедливая, нам просто не оставили выбора: если мы не будем защищаться, нас не станет. Тут всё просто: мы никого не шли лишать жизни, ни против кого не восставали, пришли к нам, грабят нас, убивают нас…
Есть такой негласный девиз капеллана: «Служить своим, помогать другим, заботиться обо всех!» В нашей службе нет такого, что, если у меня в части пятидесятники, я служу своим, я забочусь как раз обо всех — в том числе и о неверующих, у нас с ними тоже доверительные хорошие отношения. Капеллан — не только про молитву, капеллан — он и друг, и товарищ, и брат. Другое дело, что, например, пастор-пятидесятник не может делать евхаристию, если об этом попросит православный боец. Тут всегда проще пригласить православного священника. Отличаются ли протестанты друг от друга? Кто-то блондин, кто-то брюнет, кто-то имеет зубы, кто-то — уже нет. Кто-то исповедует крещение Духом Святым, у кого-то этого нет, кто-то допускает службу на иностранном языке, кто-то нет, но Христа как Спасителя чтут все.
Когда есть время, я приезжаю в свою гражданскую церковь служить. Капеллан — тоже человек и бывает уставшим, вымотанным. Поэтому церковь — это как раз то место, где ты можешь подпитаться духовно, пообщаться с братьями, пастором… У капеллана же тоже могут быть проблемы. Капеллану в основном отдают свои заботы, а брать [силы] можно только в церкви, в общении, в Библии, в молитве.
Я как-то ездил к одним своим ребятам, обсуждали Библию, говорю: «Давайте помолимся!» А они всё время: «Давайте в другой раз!» И я к ним просто ездил: привозил смаколики, общался, так что у нас сложились хорошие, дружеские, доверительные отношения. И вот возник момент, что одному человеку стало плохо, и я ему говорю: «Давайте за вас помолимся!» А он мне: «Да нет, давайте в следующий раз». Ну я ему в шутку и сказал: «Я вам что, просто колбасу сюда привез?» И всё, с тех пор молимся.
Есть, конечно, люди, которые тебя не воспринимают. Есть те, кто несколько обижен на Бога. Особенно когда гибнут побратимы. Люди говорят: «Где Бог? Почему так происходит?» Мы стараемся отвечать, что это не Бог, это грех, ибо Господь говорит, что не надо никого убивать. Много разочарований, много… Есть психологические проблемы, и ПТСР, и стрессы, всё есть. Но мы стараемся быть прежде всего и верующими, и людьми.
Как-то я знакомился с новичками, приехавшими с пополнением, и мне задали вопрос: «Скажите, пожалуйста, убивать — грех?» Я рассказал, что в 2022 году был в пехоте. Так вот: когда люди переходят границы и убивают наших граждан, грабят, насилуют, убивают детей — мы держим оборону. Люди пришли уничтожить нас как нацию. Мы их не убиваем — мы их уничтожаем. Мы должны сделать всё, чтобы это зло не распространялось. У нас просто нет другого выхода: за нами наши семьи, наш народ, наше государство.
Да, среди евангелистов много пацифистов. Но если вспомнить историю, 1517 год, когда, грубо говоря, и началось движение протестантов, то там пацифистов не было. Это возникло потом. Конечно, сейчас есть пацифисты, но есть и духовные лидеры нашего направления, епископы, которые видят, что происходит, пересматривают Евангелие, дают благословение. Я не пацифист, я сознательно принимал и принимаю участие в обороне украинской державы. Я совсем не герой, герои — это наши солдаты, каждый из которых преодолевает свой страх и стоит ради своих семей и страны просто как железобетон. Я не знаю другой такой армии, как украинская.