Госкорпорация ВЭБ уволила своего главного экономиста Андрея Клепача за то, что он предупредил об экономическом и технологическом упадке России и грядущем социальном кризисе. Но Клепач — далеко не первый человек из власти, который делает такие прогнозы. Более того, его оценки выглядят даже мягкими и осторожными на фоне слов ряда высокопоставленных чиновников. Год за годом они ругают экономполитику за высокие госрасходы и увеличение налогов, а также критикуют силовиков за передел собственности.
Вот что сказал Андрей Клепач: «Проблема скорее в том, что мы отстаем. Мы проигрываем и технологическую, и экономическую конкуренцию в мире. <...> Мы в этой войне на истощение не выиграем конкуренцию. У нас есть иллюзия, что там (в Украине. — Прим. ред.) всё рухнет. Не рухнуло и не рухнет. У нас нарастают издержки. Я верю, что Россия не развалится, но то, что мы придем к социальному кризису, я почти уверен. Экономически мы не рухнем, но и наше отставание будет нарастать со всеми вытекающими последствиями».
Экономика не сможет расти быстрее чем на 2–2,5% в год при продолжении войны из-за санкций и жесткой денежно-кредитной и бюджетной политики,
предупредил экономист. На первое место среди причин всего этого Клепач поставил продолжение войны, из-за которой Россия уже проигрывает экономически не только США и Китаю, но и Украине. Этот доклад экономист сделал на заседании Никитского клуба — московской площадки, где дискутируют экономисты и чиновники, — еще в мае. Но увольнение случилось только в августе, после того как заявление Клепача разошлось по СМИ. Источники The Bell
говорят, что уволил его глава ВЭБ Игорь Шувалов «по звонку сверху».
«Новая-Европа» составила список главных критиков экономической политики внутри самой власти. Мы выбирали высказывания чиновников по двум критериям: либо когда они критиковали главные положения «военной» экономполитики, либо когда отрицали оптимизм, с которым обычно Владимир Путин
говорит об экономике, регулярно уверяя, что в ней нет проблем.
Эльвира Набиуллина. Фото: Михаил Киреев / РосконгрессЭльвира Набиуллина, глава ЦБ
Объект ее постоянной критики — это не только правительство, которое она ругает за высокие расходы, рост налогов и тарифов, а также за раздачу денег в виде ипотечных субсидий. Набиуллина — единственный человек из власти, кто пытался судиться с силовиками, чтобы остановить передел собственности, и кто даже критикует экономполитику Владимира Путина.
Уже на втором году войны, в июне 2023 года, Набиуллина радикальнее всех госэкономистов
сформулировала дилемму, к которой подошли власти: предстоит либо резать расходы, либо повышать налоги. Минфин выбрал второе, уже через год объявив о росте налогов на доходы граждан и на прибыль бизнеса, а в 2025 году — о повышении НДС. Всё это, а также сильный рост утильсбора, тарифов ЖКХ и естественных монополий Набиуллина
называла важной причиной инфляции, за сдерживание которой отвечает ЦБ. В апреле 2026 года она прямым текстом
сообщила, что источник роста цен — правительство, которое тратит в этом году денег больше, чем в прошлом. А еще правительство — виновник технологического отставания (как раз того, о котором говорил Клепач), потому что тратит колоссальные деньги на поддержку неэффективных производств,
сказала Набиуллина этим летом; умолчав, что это инвестиции в ВПК.
Модель, основанная на огромных госрасходах, себя исчерпала, ресурсов больше нет и нужно подумать о «некоторой новой модели роста»,
предупреждала она год назад. Так и
случилось: рост экономики неотличим от статпогрешности, источники доходов иссякли, никакой новой модели не предложено.Набиуллина много лет подряд критикует раздачу триллионов из бюджета для субсидирования как безадресной, так и адресной ипотеки. «Чем больше выдается льготных кредитов, тем больше это влияет на рост цен на недвижимость, тем более высокими будут и рыночные ставки», — например,
сказала она месяц назад. Это — заочный спор с Путиным, потом что субсидирование ипотеки — важная часть его социальной политики. В этом году он потребовал расширить число льготников и правительство
готовится это сделать.
Наконец, ЦБ безуспешно судился с Генпрокуратурой,
пытаясь защитить от национализации Соликамский магниевый завод — одно из
сотен предприятий, которые забрало государство за годы войны. Набиуллина публично
возмущалась тем, что силовики отобрали акции у добросовестных приобретателей и «после этого мы не можем ожидать, что люди пойдут своими деньгами покупать акции на организованных торгах». Но завод всё равно
отдали «Росатому».
Алексей Заботкин. Фото: Алексей Лощилов / РосконгрессАлексей Заботкин, заместитель Набиуллиной
Второй ключевой спикер в ЦБ. Как и его начальница,
ругает правительство за разгон инфляции через высокие расходы. Вскоре после того, как правительство
выбило себе право самому устанавливать размер заимствований, Заботкин
предупредил, что рост долга сейчас — это риски для бюджета. А недавно он
спрогнозировал, что по итогам года реальная динамика инвестиций может быть отрицательной.
Максим Решетников. Фото: Анна Горбань / РосконгрессМаксим Решетников, министр экономики
Он жаловался, что власти «напринимали кучу неэффективных решений» в экономполитике, которую сам же и претворяет в жизнь. В 2023 году
возражал против роста налогов,
объясняя, что это «очевидно подорвет инвестиции, это будет прямой вычет из экономического роста… Бессмысленно пытаться с бизнеса или с экономики взять больше, чем она может себе позволить». Налоги, как известно, выросли. Решетников на словах
поддержал Набиуллину в том, что нельзя отнимать предприятия у частных собственников, — правда, в суде, где отбирали Соликамский завод, представители Минэкономики замечены не были. Наконец, министр стал первым чиновником такого уровня, кто в июне 2025-го
назвал своим именем то, куда пришла военная экономика: «Мы, в общем, уже, кажется, на грани перехода в рецессию».
Александр Новак. Фото: Александр Громов / РосконгрессАлександр Новак, вице-премьер
Не произнося слова «рецессия», весной 2026 года
сказал, что роста экономики в 2026 и 2027 годах не будет, как и реального роста доходов граждан. Примечательно, что Новак поставил этот диагноз спустя лишь месяц после того, как Путин достаточно резко
отругал министров экономического блока, а также ЦБ за то, что экономика взяла и перестала расти, — и приказал принять меры. Вместо «мер» правительство
представило новый макропрогноз, в котором чиновники, вопреки окрикам из Кремля, признали, что время военного экономического бума ушло. При этом Новак назвал виновных в замедлении экономики, и это не война, как можно было подумать, а ЦБ и Набиуллина с их высокой ставкой.
Максим Орешкин. Фото: Сергей Сильвер / РосконгрессМаксим Орешкин, замглавы кремлевской администрации
Он, тогда еще
помощник президента, тоже
называл повышение налогов контрпродуктивным: «Если корову зарезать, сразу, конечно, сыт ты будешь, но через год голод тебя настигнет… Мы доходов от замедления экономики потеряем больше, чем гипотетический выигрыш от повышения налогов на бизнес».
Он же критиковал национализацию, правда под особенным углом: говорил, что нельзя передавать федеральным холдингам региональные предприятия, потому что из Москвы ими будут плохо управлять. Именно таким холдингам, которые контролируют близкие к Путину люди, и передают изъятые частные активы,
выяснила «Новая-Европа».
Андрей Макаров. Фото: Сергей Сильвер / РосконгрессАндрей Макаров, глава комитета ушедшего состава Госдумы по бюджету и налогам.
И он
критиковал силовиков за появление «государственных макарон» — так он назвал изъятие государством продовольственного концерна «Макфа» — а также за нарушение прав миноритариев при национализации Соликамского завода. Это, говорил он на Петербургском экономическом форуме летом 2024 года, разрушает доверие инвесторов, качество институтов, уважение к частной собственности и независимому суду.
Антон Силуанов. Фото: Сергей Сильвер / РосконгрессАнтон Силуанов, министр финансов
Выражал недовольство конфискацией частных активов под руководством силовиков. «Если права собственности подлежат сомнению, про какой инвестклимат мы можем говорить. Денег не хватит бюджетных. Мы надеемся, что в суде вопрос будет рассмотрен и суд примет взвешенное решение», —
сказал он в июне 2024 года. В суд он не ходил, а на масштабы перераспределения бизнеса это не повлияло.Тот же Силуанов три года назад
призывал отказаться от роста госрасходов, сетуя, что «уже просто невозможно». Он напомнил, что траты казны с 2019 по 2022 год выросли в полтора раза до 29 трлн руб. Но Минфину всё равно пришлось увеличить их снова и в те же полтора раза до 45 трлн руб в текущем году — из-за инфляции и из-за того, что Путину потребовалось много денег на продолжение войны.
Андрей Костин. Фото: Кирилл Казачков / РосконгрессАндрей Костин, глава госбанка ВТБ
Весной 2023 года в стране начала раскручиваться масштабная
кампания военной национализации. Именно тогда Костин сказал, что надо делать всё наоборот: для пополнения бюджета
приватизировать крупнейшие госкомпании. Он
перечислил их: доли в «Транснефти», РЖД, «Почте России», непрофильные компании «Ростеха» и «Росатома», Объединенная судостроительная компания, и даже коньячные заводы.Но на деле же именно эти госхолдинги, а также друзья Путина и сам ВТБ оказались
бенефициарами военного передела собственности: им передавали изъятые частные активы, а никакой приватизации не случилось.
Герман Греф. Фото: Сергей Кулаков / Росконгресс Герман Греф, глава Сбербанка
В сентябре 2025 года он
заговорил о прекращении роста экономики: «Июль и август показывают достаточно такие явные симптомы того, что мы приближаемся к нулевым отметкам». Путин его публично
отругал за эти прогнозы, но они сбылись.
Сергей Чемезов. Фото: Михаил Метцель / Спутник / Kremlin / EPAСергей Чемезов, глава госкорпорации «Ростех»
Старый друг Путина.Еще в октябре 2024 года он
посулил стагфляцию (она и
наступила, только без роста безработицы). А еще Чемезов
жаловался что «инвестиции почти встали», и говорил, что текущая высокая стоимость кредитных денег из-за ставки ЦБ — «серьезный тормоз для дальнейшего роста промышленности». Поэтому «практически большинство предприятий станут банкротами».
Александр Шохин. Фото: Сергей Сильвер / РосконгрессАлександр Шохин, глава Российского союза промышленников и предпринимателей
Спустя полтора года после заявлений Чемезова, в мае 2026-го,
говорил о том же самом: «Сейчас компаниям не до инвестиций. Инвестиции стоят на холде у многих компаний, прежде всего у малых и средних. Крупные пытаются завершить текущие проекты, потому что их консервация обходится дороже, но всё, что можно заморозить до лучших времен, замораживается».
Дмитрий Белоусов. Фото: Антон Антонов / РосконгрессДмитрий Белоусов, руководитель Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, брат министра обороны Андрея Белоусова
Зимой этого года
предупредил, что драйверы роста экономики иссякли. «Всё это закончится», — сказал он, имея в виду эффекты бюджетного импульса, поэтому ВВП может скоро уйти в минус. А в июне 2026 года он
охарактеризовал ситуацию в экономике так: «Видим лишь кризис». А виноваты, по его мнению, все: ЦБ с высокой ставкой и правительство, которое повысило налоги и ввело высокий утильсбор.
Еще Белоусов
считает, что 30–40% населения России находятся у черты бедности, им хватает лишь на еду и одежду. Что это, как не база для социального кризиса, о котором предупредил Клепач?
Губернаторы
В отдельную группу стоит выделить представителей регионов, которые достаточно дружным хором критикуют жесткую политику ЦБ и крепкий рубль.
Среди них — Айсен Николаев, глава Якутии, который в июле 2026-го жаловался Путину, что такая экономполитика вызвала «достаточно серьезную ситуацию внутри страны» — и
сообщил, что уже высказывал все эти претензии лично Набиуллиной. Известно о двух публичных встречах в Кремле губернатора Нижегородской области Глеба Никитина, в 2025 и в
2026 годах, когда он
жаловался главе государства как на ЦБ, так и на высокий курс национальной валюты. А губернатор Новосибирской области Андрей Травников в декабре 2024-го
сетовал, что «под такие проценты (по кредитам) строить что-то, в том числе социальные объекты, просто неразумно».
***
Ни один из критикующих друг друга госэкономистов ни разу не сказал открыто о том, что главная причина тупика — агрессивная война, которую Россия на пятый год выдерживает с большим трудом. А Клепач сказал. Это и стало очень ярким тестом на «двойную сплошную», которую нельзя пересекать.
Можно ругать Запад, который санкциями пытается вытеснить Россию с мировых рынков и подорвать ее величие. Критиковать жесткую монетарную политику, высокие налоги и бессмысленное разбазаривание бюджетных триллионов. Можно даже кидать камень в огород силовиков за изъятие частных активов и порчу «инвестиционного климата».
Но нельзя говорить, что Украина и ее союзники оказались гораздо сильнее, чем ожидалось, победы быть не может, войну надо остановить, иначе кризиса не избежать. Клепач, конечно, не один об этом догадался — это прекрасно понимают практически все перечисленные здесь чиновники. Как и то, что вслух такое не говорят.Клепачу хорошо — он слишком встроен в путинскую номенклатуру, чтобы поплатиться чем-то большим, чем кресло в госкорпорации. А вот те, у кого таких привилегий нет, за подобные высказывания попадают за колючую проволоку на много лет.
